Книга о судьбе девушки, которая однажды рискнула полюбить, от чего сейчас несёт тяжесть быть обречённой на изгнание. С любовью в сердце можно преодолеть любой путь, но есть ли любовь там, где все началось со лжи?
Вдыхая холодный осенний воздух девушка оперлась на огромную массивную деревянную дверь. Наощупь найдя холодную железную ручку она продержала на ней несколько секунд руку, а затем приложила её ко лбу, пытаясь привести себя в чувства. Бледное лицо казалось без единой капельки крови. На нем тяжело лежали тёмные круги под глазами, которые она все утро старательно замазывала кремом. Выплаканы до изнеможения глаза смотрели безжизненно в даль…
Кто-то с силой толкнул изнутри входную дверь, и ей пришлось отойти в сторону. Это немного вернуло её в жизнь. Подняв упавшую чёрную бархатную сумочку, миссис Вольф пошла вдоль хмурой алее. Сильная гроза застала её на половине пути до дома, и изрядно промокнув она вбежала в первое ближайшее кафе. Перед дверью она немного застыла, ей совершенно не хотелось именно сегодня посещать эту кофейню. Это было их с Френком самое любимое место в городе, где они могли часами болтать и смотреть из окна на старую церковь. Но имея единственную альтернативу в лице дорогущего ресторана напротив, миссис Вольф всё-таки вошла в кофейню. К ней, как всегда, приветливо поспешил официант, но в этот раз его улыбка была натянута. Не то что бы он не рад был её видеть, но с первыми шагами по кафе в воздухе царила натянутая нота. Весь персонал как будто рассматривал миссис Вольф, то ли с сочувствием, то ли с любопытством. К ней и сопровождающему официанту подошёл старший официант, низкорослый мужчина лет сорока пяти, в белой рубашке, полосатой жилетке и с густыми усами над губой. Он отодвинул рукой своего коллегу и стал сам проводить миссис Вольф.
– Добро пожаловать миссис Вольф. Как досадно, что вы оказались без зонта в такую страшную погоду. Бедняжка, вся промокла. Пройдемте быстрее за стол, только жаль, что место у камина занято. Зато, ваш любимый стол у окна свободен. Словно ждал вас, миссис.
– Джон, вы так любезны, но не найдётся у вас другого свободного стола, не хочется сегодня любоваться на церковь.
Персонал стоявший в трех шагах от них за барной стойкой и явно наостривший любопытные уши, тихонечко ойкнули и покачали, якобы, сочувственно головой друг другу. Ведь предложенное место было любимым местом семьи Вольф, а раз уж семьи теперь нет, то и глупо усаживать туда страдающего человека. Сделав в своей шайке такое умозаключение, одна пекарша из толпы персонала постучала пальцем у виска, явно обращаясь к Джону.
– Прошу прощения, миссис Вольф, за нетактичность, если вы позволите, я проведу вас к другому свободному столу. Он тоже рядом с окном, но на противоположную улицу.
Присаживаясь за стол, Алиса увидела свое отражение в стекле, дождь изрядно потрепал ей прическу, а в дополнение образа несчастной страдалицы потекла ещё и тушь. Достав из сумки расчёску, она направилась в уборную привести себя в божеский вид. А вернувшись стала вновь рассматривать себе в отражения окна. Взгляд её остановился на окне соседнего ресторана. Там за столиком у окна сидели два толстых и дорого одетых мужчины. Присевши Алиса сжала под столом кулаки, а её сердце вновь переполнилось обидой и ненавистью. Это был судья и прокурор городского суда, лица и слова которых она теперь долго будет видеть в своих снах. Они, три часа назад, вынесли приговор её мужу мистеру Вольфу. "…приговаривается к тринадцати годам заключения строгого режима…". Фраза перевернувшая жизнь Алисы на до и после.
Из тягости этих жутких воспоминаний в реальный мир вернул её голос официанта, пришедшего записать заказ. Попросив чашечку кофе Алиса наконец-то смогла разжать пальцы под столом. Официант, взглянув на неё, любезно предложил плеснуть туда рюмку коньяка.
– Спасибо, Джон. Мне бы хотелось оставаться с холодным умом.
– Не поймите не правильно, но вам стоило бы согреться.
Немного покраснев Алиса кивнула.
Она снова стала разглядывать лица за стеклом. Немного брезгливо сморщившись она перевела взгляд на фасад ресторана. Это был аля-кавказский ресторан, его основали немцы, тщательно стараясь повторить кавказское гостеприимство и атмосферу. Их интерьер, кажется, даже сами кавказцы бы посчитали через чур вычурным и безвкусным. "Дорого-багато" кричал каждый угол заведения. Но Алису привлекло и даже чуть рассмешило совпадение названия и посетителей внутри. Два обжорливых толстяка сидели прямо под наружной вывеской "Два ишака". Тихонечко рассмеявшись Алиса выпила глоток кофе и ещё раз подчеркнула, что им очень идёт это название.
