Только сейчас заметила на пакетах мексиканские шляпы. Она заказала завтрак.
Мы завтракали и кидались едой. Казалось бы, все как и прежде. Мы и раньше так делали, но не было поцелуев и таких прикосновений. Я не мог остановиться, когда ее губы оказывались в моей власти. Вся тоска за эти годы, вся мое терпение вышло наружу, и я просто не мог насытиться.
- Лежи смирно чертенок.
Я поправил черную простыню, на которой она лежала на полу.
Обнаженной.
Трудно было сконцентрироваться на работе, видя ее такой. Светлые волосы все в том же беспорядке. Она лежит на левом боку, и густая прядь светлых волос прикрывает правую грудь. Черная простыня слегка прикрывает самое интимное место Кейли, но только лишь слегка. Ее татуировка так гармонирует с обстановкой, которую я создал для этого рисунка.
Она прекрасна.
Любой бы художник убил за такую музу.
Уж я бы точно.
Она старается не улыбаться, но уголки губ все равно тянутся к верху.
- Надеюсь, ты не пририсуешь мне рога, - шутливо отметила Кейли.
- Хорошая идея.
Она фыркнула и мотнула головой.
- Ты невозможна, - наигранной строгостью сказал я и опустил руку с карандашом.
Кейли в секунду спрятала улыбочку и приняла изначальную позу.
- Подними руку к волосам, словно ты их убираешь.
Она послушно подняла правую руку и приподняла волосы. Но прядь, прикрывавшая правую грудь, так и осталась на месте. Пусть так и останется.
Затем я полностью погрузился в работу.
Я не слышал и не видел ничего, кроме Кейли и полотна. Она старалась быть терпеливой, но я замечал с каким трудом, ей это удается. Пару раз она пыталась предупредить о звонящем телефоне, но я лишь качал головой, продолжая работать.
Наконец, она не выдержала:
- Я сейчас описаюсь, Картер, - она соскочила с пола и побежала в сторону туалета, прикрываясь простыней.
Я рассмеялся, глядя ей вслед.
Пока Кейли не было, я обратил внимание на свой телефон. Лукас спрашивал, когда я буду в Сан–Диего. Вина кольнула куда-то в бок, и я набрал текст:
- Ты снова где-то, но не здесь. – Ее губы коснулись моего уха. Словно электрический ток прошелся сквозь тело.
Я притянул ее к себе, пачкая масляной краской.
- Ай! Стой Картер! – Кейли плюхнулась мне на колени. Простыня съехала с плеча, и мои руки непроизвольно потянулись к ее телу.
- А как же рисунок? – спросила она.
- Почти готово, - шепнул я и закрыл ее рот поцелуем.
Ее губы такие мягкие. За последние сутки я столько их целовал, что они распухли, как и мои собственные. Руки стали вновь и вновь исследовать ее тело.
- Картер, - шепнула Кейли, - я вся в краске.
Я оторвался от ее губ и взглянул на нее. Начиная с ключицы, все тело Кейли там и сям, было испачкано краской от моих рук.
- Хммм, - нелепое мычание вышло из моего рта. – Заменишь мне полотно.
Она прищурившись, посмотрела на меня. Видя мою ухмылку, она замотала головой:
- О, нет. Нет, нет, нет.
- О, да. Да, да, да, - передразнил ее.
Она стала вырываться, когда мои руки потянулись к кисти. Но я крепко ухватил ее за лодыжку. Черная простыня слетела с нее полностью, когда она уже была подо мной.
- Ш-ш-ш. Лежи смирно, чертенок.
Кейли перестала вырываться, но громко смеялась, когда я стал водить кистью по ее животу.
- Это щекотно.
- А так?
Кисть пошла вниз по бедру.
- Так мне нравится, - улыбаясь, ответила она.
Через несколько минут все тело Кейли было испачкано, точнее изрисовано. Ее руки потянулись к моим джинсам, от которых я быстро освободился. Со скоростью света я надел презерватив и погрузился в Кейли. Как бы не было хорошо без этой штуки в ней, я должен думать о безопасности.
Все рисунки давно были размазаны по нашим телам, а краска смешалась с потом. Я отнес Кейли в душ, и мы приняли его вместе.
Как замедлить этот день? Как остановить время?
Я не хочу, чтобы это закончилось.
* * *
Мои глаза открылись от тихого шума.
В комнате было безумно душно, даже не спасал кондиционер. Мы с Кейли не спали почти всю ночь. Всю эту ночь, я был внутри нее. Мы уснули под утро, полностью вымотанные и удовлетворенные.
Кейли спала на моей груди и да, пускала слюни. Я тихо рассмеялся, отчего тело заходило ходуном. Кейли недовольно пробурчала, но продолжила спать.
Скрип.
Откуда этот звук? Словно кто-то лишний в квартире.
Я повернул голову на шум, и мое сердце ухнуло вниз.
Нет.
Не таким образом, он должен был узнать об этом.
- Лукас, - я поднял руку и стал выбираться из-под Кейли.
Он молча смотрел на нас и я видел, как тряслись его руки. Пока я натягивал джинсы, взгляд Лукаса упал в мусорную корзину, в которой отчетливо виднелись использованные презервативы.
Его лицо затопило массой отвращения. Я думал, его стошнит сейчас.
- Как ты смел, - дрожащим голосом, сказал он.
Я встал с кровати прямо перед ним. Пусть он меня ударит. Он должен это сделать.
- Брат, - начал я.
- Не смей меня так называть!
