— Как ты себя чувствуешь? — улыбаясь, спросил заботливо Фрост и положил руку собеседнику на плечо.
— Я благодарен вам за моё спасение.
— Как и я тебе когда-то. Эрабор, у меня к тебе важное дело.
— Я готов выполнить что угодно, Ваше Величество, — заявил рыцарь.
— Во-первых, пока не вернёмся домой, не называй меня так и вообще не обращайся ко мне на «вы», пусть все думают, что мы давние друзья, ни к чему кальхеймцам знать о том, что я правитель Сноуглэйд, — попросил король шёпотом.
— Как скажите Ваше…, ай виноват, как скажешь Форас, — исправился Эрабор.
— Отлично. А теперь самое главное, у тебя есть силы отправиться со мной в Западный Кальхейм к правителю здешних земель, так называемому конунгу?
— Запросто, я, признаться, чувствую себя даже лучше, чем раньше.
— Неважно, договорюсь ли я с ним о войске или нет, потом мы отправляемся на север к диким племенам, которые чуть ли не до безумия суеверны. Они безукоризненно верят в то, что человек, обладающей хоть какой-то магической особенностью посланник богов, низвергнутый в этот мир для исполнения какого-то там несуществующего предназначения, — объяснил Фрост.
— Но как мы добьёмся их расположения?
— Твоими шрамами, — раскрыл замысел Фрост.
— Что в них такого особенного? — стало невдомёк Эрабору.
— Лекарка сказала, что яд напавшего на нас хищного ящера остался у тебя в крови, непонятным образом твоё тело изменилось. Едва твоё сердце начинает биться быстрее, как яд образует свечение, которое видно сквозь кожу, — объяснил король.
— Да уж… моя жизнь становится всё интереснее, — встав на ноги, пошутил собеседник. — А есть вероятность, что я умру или сойду с ума или ещё что-нибудь более пугающее? — заволновался Эрабор
— К сожалению, мы больше ничего не знаем, — ответил огорчённо Фрост.
— Ну что же, как велено Эзолусом прожить, пусть так и будет, — утешил себя Эрабор.
— Я рад, что ты жив и тебя не пугает то, что сталось с тобой. Сделай всё, что тебе необходимо и спускайся к реке, мы будем ждать тебя там, — распорядился Фрост, после чего быстро покинул комнату.
Эрабор не заставил себя долго ждать, не прошло и получаса, как он бодрой походкой спустился к реке, где его уже ожидали Огильд, Скогур, Салтус и его король. За рыцарем суетясь, бежала Айсэль.
— Я пойду с вами! — категорично заявила она. Фрост представил рыцаря своим недавним знакомым и затем все шестеро отправились к конюшням; оседлав лошадей, они отправились на север.
— Форас, конунг Вельтор Трауг любит всё блестящее, звонкое и грандиозное, пообещай ему что-нибудь эдакое, и он не сможет отказать, — посоветовал Скогур.
— Но, возможно, у нас могут возникнуть трудности из-за ежегодно намечающегося празднества, на которое съезжаются все ярлы Кальхейма, — с хмурым видом сообщит Огильд.
— Значит, обещать придётся много, — спокойно ответил Фрост.
Целый день плутая по промозглыми лесными тропинками, к вечеру путники достигли деревни Штромпильц.
— Ненавижу это дрянное место, — выругался Салтус.
— Да уж, я бы предложил держаться от этого места подальше, — посоветовал Скогур.
— А что не так с этим место? — поинтересовался Фрост.
— Эта деревушка известна отнюдь не торговлей вина, здесь чуть ли не каждую ночь дебоши в тавернах, и всегда из заведения кого-нибудь выносят с перерезанным горлом или выпотрошенным брюхом, — пояснил Салтус.
— За горсть серебра местные торговцы мать готовы продать, что уж говорить про воров и убийц, которые собираются здесь покутить, — буркнул Скогур.
— Лучше нам не привлекать к себе внимания, если не желаем ввязаться в драку, — предупредил Огильд, стараясь не смотреть на подвыпивших бородатых мужиков, престающих к молодой крестьянке.
— Неужели мы ей не поможем? — удивился Эрабор, хватаясь за рукоять меча.
— Здесь закон правды и чести не самый лучший закон. Напади мы сейчас на них, их прибежит ещё больше и тогда нам точно не сдобровать, — сказал Огильд, остановив рыцаря.
— Здесь на окраине есть гостиный двор, оставим лошадей там, — предложил Салтус.
Дорога, огибавшая деревню, вскоре привела путников на пригорок, а оттуда, спускаясь, поползла вдоль леса в сторону пристани. Гостиный двор, обнесённый стеной из леса, обычно пустовал. Путники беспрепятственно оставили лошадей и, вновь вернувшись на дорогу, продолжили идти вдоль кленово-ясеневой чащи и бурлящей реки. Вскоре они, гремя сапогами, зашагали по пристани к небольшому деревянному домику, стоявшему на бревенчатых сваях в нескольких шагах от берега. Пока Скогур настойчиво барабанил в дверь, казалось, что крыша сползает набок, стёкла трескаются, издавая неприятный хруст, а старое гнилое здание трясётся настолько сильно, что вот-вот рухнет, словно карточный домик. Через несколько минут упорства Скогур наконец-то получил ответ владельца в виде неразборчивого бормотания и мычания. В следующий момент из окна вылетело весло и упало к ногам Огильда, едва подошедшего к товарищу. Фрост резко остановился и удивлённо посмотрел на своих спутников. Затем из дома донёсся храп.
