— Вот тут-то, — сказал Йонас, — нам и пригодится его сокровище, любимица-дочка. Я еду с вождем Базилием и буду присутствовать на его встрече с твоим отцом. Поглядим, что он скажет. Может, его не очень и опечалит утрата младшей дочери: у него же есть старшая, престолонаследница по закону. Принцесса Эмилия нам, конечно, пригодилась бы еще лучше, да вот беда — в Пелсии ее нет… Так вот, ваше высочество, мне любопытно: тебя-то какая нелегкая сюда занесла?
— Не твое дело, — прошипела Клео.
Он сдвинул брови:
— А я вроде слышал, будто ты просила своего приятеля продолжить поиски Хранительницы? Что еще за чепуха такая?
Прекрасное лицо исказилось самым неприятным образом.
— Не твое дело, — повторила она и добавила: — Дикарь.
Йонас проглотил оскорбление.
— Дай сюда кинжал, не то порежешься.
Она ткнула клинком в его сторону:
— И вовсе не собираюсь я резаться! А вот тебя располосую, только посмей подойти!
По мнению Йонаса, язык этой девки был в тысячу раз опасней любого оружия, какое могло попасть ей в руки. Он был готов спорить, что Клео никогда прежде даже не держала кинжала. Тем не менее не спускал с нее настороженных глаз. Еще и потому, что эта дрянь была так непередаваемо хороша…
— Ладно, хватит дурью мучиться, — сказал он вслух.
Вскочив, он схватил принцессу за оба запястья и легко выбил у нее кинжал. Потом толкнул ее назад, опрокинул на спину и распластал на каменном колесе, продолжая держать Клео за руки и прижимая ее всем весом своего тела.
Принцесса смотрела на него снизу вверх, в ее глазах мешались ярость и тревога.
— Слезь с меня, животное! Мне больно!
— Разжалобить думаешь? Нет у меня никакого сострадания к таким тварям, как ты!
Йонас перехватил одной рукой оба тонких запястья, а другой надавил на горло принцессы и, глядя ей в глаза, наконец-то с удовлетворением увидел в них зарождающийся страх. Кажется, решила, что он вознамерился пойти против собственного обещания и забрать ее жизнь!
Он сильней придавил ее. Девушку, что стояла подле своего жениха, пока его брат истекал кровью.
— Так что ты делаешь в Пелсии? — спросил он с угрозой. — Шпионишь для своего отца?
Ее глаза, и без того огромные, сделались еще больше.
— Шпионить? Я?.. С ума сошел?
— Это не ответ!
— Я здесь не для того, чтобы вынюхивать, недоумок! Это просто смешно!
— Тогда для чего? Что ты имела в виду, когда посылала того рыжего на поиски Хранительницы? Говори! — зарычал он, вплотную приблизив свое лицо к ее. Принцесса часто дышала, ее теплое дыхание сладостно обдавало кожу. — Говори, не то пожалеешь!
— Я здесь ради сестры, — наконец выговорила Клео. Она глядела ему в глаза, и он не взялся бы с ходу утверждать, что она лгала ему.
— Ради сестры? — переспросил он.
— Есть легенда о ссыльной Хранительнице, что живет в Пелсии. У нее виноградные зернышки, напитанные исцеляющей земляной магией…
Йонас закатил глаза:
— Хочешь, чтобы я поверил, будто ты разыскиваешь Хранительницу? Может, еще и за радугами гоняешься?
За насмешки она отплатила ему испепеляющим взглядом.
— И погонюсь, если придется. Мою сестру убивает какая-то ужасная хворь. Она при смерти, и никому не удается помочь ей. И я нарушила волю отца, чтобы попытаться отыскать Хранительницу и молить ее о помощи…
Йонас обдумал эту историю, звучавшую довольно-таки дико, и выделил из нее нечто вменяемое.
— Ого! — сказал он. — Так оранийская наследница умирает!
— Полагаю, ты в восторге…
— Считаешь?
— Ты ведь торжествуешь, если мне больно. Возлагаешь на меня вину за гибель брата, а теперь тебе стало известно, что моя сестра лежит на смертном одре и я ничего не могу для нее сделать!
Слезы набухали в уголках ее глаз.
Йонас пристально смотрел на нее, ища знаки очередного обмана.
— Не веришь, — с отчаянием в голосе выговорила она. — Все пытаешься высмотреть во мне какое-то зло. А его нет! — Клео судорожно вздохнула. — Нет никакого зла!
На первый взгляд она казалась такой маленькой и хрупкой, но Йонас уже знал, что за нежной личиной таится огненный стержень, готовый опалить всякого, кто подберется слишком близко. Йонас и теперь чувствовал его жар, и это удивляло. Девчонка вообще его поражала…
— Собрался что-то сказать? — поинтересовалась она. — Или в гляделки будем играть?
…А глаза у нее были сине-зеленые — утонуть можно.
Йонас поднялся так резко, что подвернутая лодыжка недовольно отозвалась. Следующим движением он поставил на ноги Клео — и проделал это не особенно ласково. Принцесса пошатнулась, не сразу обретя равновесие. Ей, впрочем, повезло: после падения и потери сознания у нее лишь слегка кружилась голова. Могло кончиться куда хуже!
Йонас молча подхватил кинжал и сунул его в кожаные ножны на поясе. Затем потащил принцессу обратно к дороге.
— Куда ты меня ведешь? — спросила Клео, тем самым начиная новый круг их, с позволения сказать, разговора.
— В тихое и надежное место, где можно будет больше не опасаться твоих выходок. Надо было тебе, ваше высочество, пустить в ход кинжал и убить меня, пока возможность была! Потому что больше ты от меня не сбежишь!
Глаза Клео снова разгорелись огнем.
— В следующий раз я тебя не моргнув прирежу…
