Мисти щелкнула еще пару раз, затем запихала жевательную резинку за щеку. Она взяла телефонную трубку и набрала номер, пользуясь карандашом, так как ногти у нее на пальцах были длинные, как у китайского мандарина. Пока она ждала, что кто-нибудь поднимет трубку на другом конце провода, она поправила прическу, глядя на себя в зеркало, которое было вделано в тяжелую дверь справа от нее, ведущую, очевидно, в студию звукозаписи. Проведя рукой по спутанным волосам оранжевого цвета, она, явно удовлетворенная своим внешним видом, отвернулась от зеркала и полезла за чем-то в сумку.
Звук наждака по дереву. Шик, шик, шик.
Наконец-то ей ответили.
— Джо?… Мисти, — она шептала, но так громко, что шепот казался криком. — Здесь коп по твою, душу. Клянусь… Да, мужик. Старик… Да… да… Хорошо, — Мисти положила трубку и приподнялась на локтях, чтобы поглядеть поверх того, за чем обычно сидят секретарши: — Сэр?
Каллен сделал попытку поднять брови, старые брови пожилого копа, так же высоко, как она вскинула вверх свои.
— Да?
— Джо сейчас придет.
— Спасибо.
Щелк.
— Можспросвас.
— Простите?
— Можно спросить вас кое о чем?
Она спросит, убивал ли он кого-либо.
— Конечно.
— Вы убивали кого-нибудь?
— Нет.
Ее локти разъехались в разные стороны, а брови резко опустились, выражая разочарование.
— Никогда?
— Если бы я убил кого-нибудь, то помнил бы об этом.
Она продолжала опускаться на свое место, потом ей в голову пришла какая-то новая мысль, и она вскочила.
— Вы когда-нибудь…
— Да. Я видел, как убивают людей, но не хочу говорить об этом.
— Хорошо. О, Господи. Успокойтесь. — Щелк.
Каллен сжал губы и все еще сжимал их, когда плотная дверь открылась, и в приемную вошла Джо Данте. Она подошла к креслу, где сидел Каллен, и протянула руку.
— Извините, что заставила вас ждать. Я Джо. Вы не такой уж старый. Я знаю, что вы ожидали увидеть маленькую, черноволосую женщину. Но моя мать была финкой. Я унаследовала от нее волосы, глаза и цвет кожи. Мой отец был итальянцем. От него я унаследовала только имя. Ничего не поделаешь. Что-то не так?
Да нет. Все в порядке. Просто, если проанализировать события, случившиеся сто сорок пять дней назад (но кто вел счет дням?), когда Каллен был ранен, а его старый добрый друг Нейл Циммерман — убит, то можно прийти к логическому выводу, что катализатором этих событий явилось легкомыслие, с каким Каллен отнесся к расследованию экзотического убийства, в котором фигурировала женщина с кожей цвета оливкового масла, чьи черные волосы были собраны в прическу «помпадур». (У Джо Данте белокурые, прямые, как солома, волосы, обрамлявшие ее лицо, как шлем девы-воина). А у той женщины среди предков была смуглая французская шлюха, носившая чулки без подвязок и лакированные туфли. (На ногах Джо Данте серые шерстяные носки и мокасины с развязанными шнурками, причем шнурки, в соответствии с модой, похожи на петли для подвешивания приговоренных к смертной казни.)
Итак, он встал из кресла, пожал ее руку и оценил крепость пожатия и то, что она не отпрянула в сторону, а осталась стоять на месте, засунув руки в карманы выцветших джинсов. Под мужской выцветшей рубашкой с расстегнутым воротником виднелся белый хлопковый лифчик, а под ним угадывалась не такая уж маленькая грудь. Он посмотрел ей в глаза, и она не отвела взгляда. Он оценил это, равно как и небесно-голубой цвет ее глаз. Ему понравился также запах — от нее пахло кофе, табаком, какими-то духами и ее телом. Но он не собирался относиться легкомысленно к этому расследованию. Старый коп Джо Каллен не станет заигрывать с этой девушкой.
Прежде всего, она не принадлежала к тому типу женщин, которые ему нравились. Она недостаточно высока ростом, грудь у нее — недостаточно плоская, ее глаза — не совсем голубые, рубашка и докинсы — не до конца застираны, лифчик — не очень бел, от нее не сильно пахло кофе, табаком, какими-то духами и ее телом. Ее кожа — недостаточно бела, ее волосы — недостаточно белокуры и прямы, они не совсем походили на шлем девы-воина.
— Нет. Все в порядке. Меня зовут Джо. Джо Каллен.
Они встретились взглядами и подумали о том, что если бы они поженились, то их звали бы Джо и Джо Каллены. Джо первый и Джо вторая.
Она заговорила первой. Она рассказывала, а он молчал.
— У меня работы через край. Нам лучше пройти в студию. Вы удивлены, что я на работе, в то время как моя подруга убита? Это занятие отвлекает меня от мыслей о ней. Его поймали? Они еще не схватили его, не так ли?
Они — это полицейские. Он один из них.
— Нет.
— В телесериалах преступников ловят в течение часа. В кино — в течение двух часов. У вас тяжелая работа. Люди считают, что вы должны действовать очень быстро.
Они захлопнули за собой тяжелую дверь и шли по длинному узкому коридору, миновав два коротких и узких. Вдоль коридора тянулся ряд плотно обитых кожей и тканью дверей, некоторые из них были приоткрыты, так что Каллен мог видеть за ними тускло освещенные комнаты с консолями, катушками для фильмов, кино- и видеопленками.
— Я впервые нахожусь в Брил-Билдинг, и ожидал увидеть здесь нечто другое. Чем здесь занимаются люди?