Так что церковь тоже была вынуждена подстраиваться под настроение своей паствы. Впрочем, далеко не все священники оказались такими легкими на подъем, как отче Бенедикт, и потому христианская церковь постоянно требовала внимания Социологической комиссии...
Федора Салова Калинов встретил не на вечеринке. Салов сам напросился к нему на аудиенцию. Фамилия не соврала - он оказался бесформенным жирным мешком с лысым черепом и тремя подбородками. Уселся в кресло для посетителей, заплывшие жиром глазки не мигая разглядывали Калинова.
- Я - Адепт Восточноевропейского филиала Всемирной Организации Одиноких Мужчин, - проговорил наконец Салов.
Калинов коротко кивнул. Информация для него новостью не была: ему уже докладывали, что Салов быстро выдвигается из низов монистских масс. Салова поддерживали те несчастные, кого современная медицина не смогла избавить от физических уродств.
- Я уполномочен заявить вам решительный протест, - сказал с апломбом Салов, - в связи с разгоном демонстрации наших сторонников в Тамбове.
- Протест не принимается, - сказал Калинов. - Демонстрация оказалась несанкционированной.
- А чем мы виноваты, если тамбовские власти спят на ходу? Заявка нами была подана вовремя.
- Тем не менее это не дает вам права на нарушение закона. - Калинов развел руками. - И вообще этот вопрос следует решать в Тамбове, в тамошнем суде. Свобода не должна вступать в конфликт с общественным порядком.
Салов фыркнул:
- Понимаю!.. Не любите вы нас. Наша организация вам как кость в горле.
- Кто это "мы"? - спросил Калинов.
- Да хотя бы вы лично. Вы же сам извращенец. Потому нас и боитесь. Украли чужую женщину. - Салов сжал кулаки и упер их в жирные ляжки. Неужели вам не приходит в голову, что кто-то по вашей вине остался неженатым? - Салов подался вперед, и его объемистый живот перекатился чуть ли не на колени.
- Вы женаты? - спросил Калинов.
Салов поперхнулся:
- Я не о себе беспокоюсь. По миру и без меня холостых хватает. Имеющий глаза да увидит.
Дурачком прикидывается, подумал Калинов с неприязнью. Но сдержался.
- Хорошо, - сказал он. - Давайте посчитаем... Известно, что четыре из пяти землянок желают иметь семью. Известно также, что, в противовес этому, жениться готовы не более сорока процентов мужчин. Таким образом, на две потенциальные невесты приходится только один жених. В чем виноваты те, кому женихов не достанется? Почему они должны перебиваться случайными связями и в одиночку растить детей?
- Ничего, у нас общество богатое. Последствия войн давно изжиты вырастим...
- Подождите! - оборвал Калинов. - Я еще не закончил. Экономических сложностей, конечно, нет. Действительно, вырастим. А психологические?.. Но посчитаем дальше. Известно так же, что по сексуальным характеристикам только двадцать пять процентов мужчин способны содержать полигамную семью. Так что даже если каждый из них будет женат на двоих - а это далеко не так, - то и в этом случае двадцать процентов женщин останутся свободными, не желая этой свободы. И они и в самом деле останутся, потому что все, что вы можете им дать, - это два раза в неделю переспать с кем-нибудь из них и гордо уйти утром, всем своим видом показывая: вот, снизошел до тебя...
- Эко вы повернули! - сказал Салов. - Но ведь раньше-то так жили... И почему вам все, а нам ничего? Где свобода?
Калинов усмехнулся:
- Ну в любовных-то делах свободы никогда не было, был исключительно взаимный интерес... Впрочем, дело не в этом. Что вы дурачком прикидываетесь? Почему бы вам не задать подобный вопрос чемпиону мира Фрэнку Фостеру, по какому праву он толкает четыреста килограммов, а вам не поднять и пятидесяти? Подождите! - рявкнул он, увидев, что Салов хочет что-то сказать. - Странное дело!.. Я могу еще понять калек, биологические особенности организмов которых не позволяют им воспользоваться пересадкой конечностей. Они действительно обделены судьбой... Но вы-то, вы! Что мешает вам избавиться от вашего живота - да какое там живота! - от этого безобразного пуза? Ведь вы же молоды и здоровы, я знаю! Физические нагрузки, правильный режим питания, и через год вас знакомые не узнают.
Салов презрительно фыркнул:
- Какое вам дело до моей жизни? Я живу как хочу! Знаю я эту вашу философию! "Лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным", прогнусавил он, передразнивая кого-то.
- Я тоже живу как хочу. И как могу! - Калинов сбросил со стола невидимый мусор. - Вы думаете, я не понимаю, чего вы добиваетесь? Вы же к власти рветесь. В нормальных видах человеческой деятельности вы рыльцем не вышли. Так почему бы не пролезть в мировой парламент на голосах инвалидов и тех, кому не справиться с комплексом неполноценности? Вы тут говорили о свободе. Так в этом и есть свобода! Вы свободны валяться на диванчике и накачиваться пивом, а я свободен иметь столько жен, сколько со мной согласятся жить! - Калинов стал, демонстративно посмотрел на часы.
