Я вышел из библиотеки, и все заключенные уставились на меня, а затем направился наверх, к комнате свиданий.
— Что, блядь, случилось, Сто пятьдесят? — рявкнул офицер Кейн, когда я добрался до верха лестницы. Он был здоровенным засранцем с коротко стриженными волосами и неулыбчивым ртом.
— Упал, — пробурчал я, пытаясь пройти мимо него в сторону коридора, который вел к комнатам для свиданий. Он бросился мне наперерез со своей Вампирской скоростью, и я угрожающе зарычал, желая иметь доступ к своим собственным клыкам, чтобы я мог поставить этого ублюдка на место.
— Что ж, медицинское крыло
— Я иду на свидание, — прошипел я, и он сложил руки.
— Сейчас? — спросил он. — Тогда ты шокируешь своего дружка Наследника, когда он увидит тебя в таком виде.
Я окинул его холодным взглядом, затем снова шагнул вперед, проходя мимо него, и на этот раз он меня отпустил. Я дошел до очереди заключенных, ожидающих вызова в комнаты для свиданий, и уперся плечом в стену, стиснув зубы, пытаясь игнорировать боль в сломанной руке.
— Сто пятьдесят! — позвала офицер Люциус из коридора. — Вы в восьмой комнате. — Она указала мне вперед, ее глаза расширились, когда она увидела мое лицо, кровь, забрызгавшую комбинезон, и мою руку, прижатую к боку.
Она схватила рацию с бедра.
— Дерьмо, тебе нужно…
— Мне нужно пройти через эту дверь прямо сейчас, так что уйди с дороги, — Я дернул подбородком в сторону комнаты позади нее, затем, не дожидаясь ее согласия, проскочил мимо и прошел в комнату. Дариус встал со своего места за единственным столом, его челюсть отвисла при виде моего состояния.
— Блядь, Лэнс, что, черт возьми, случилось?
Я бросился к нему, используя свою здоровую руку, притягивая его к себе и морщась от боли, узы Опекуна радостно мурлыкали внутри меня, когда я выпустил тяжелый вздох.
Дариус прикоснулся пальцами к моей сломанной руке, и исцеляющая магия хлынула в мои вены. Кость срослась, и я зашипел сквозь зубы, пока боль окончательно не стихла. Затем он вправил мне нос, смывая кровь своей магией воды, и я крепко обнял его, нуждаясь в его близости, страстно желая ощутить его близость.
— Расскажи, что происходит, — приказал он Драконьим рыком, достойным его отца, и наконец отстранился от меня.
Мы сели за стол напротив друг друга, и я лишь пожал плечами. Я не собирался доносить на Гастарда и его лакеев перед камерами, но есть еще одна группа мудаков, ответственных за это, которых я могу открыто обвинить.
— Эти блядские звёзды меня заебали.
— Так больше не может продолжаться, в конце концов, ты погибнешь, — прошипел Дариус, его лицо исказилось от беспокойства.
— Не смотри на меня так, — потребовал я. — Это то, что есть.
Он покачал головой, затем едва заметно провел пальцем, и комнату заполнил холод. Он использовал свою магию воды, чтобы испортить камеры, создавая на них лед и давая нам возможность нормально поговорить.
— Лэнс, ты должен уйти отсюда. Мой отец… он захватил трон. Он…
— Что? — Я задохнулся, мои легкие сжались, ужас проник в мою грудь. Я знал, что у нас не так много времени, но я думал, что еще осталось немного. Как это случилось? Как нам теперь остановить его?
Дариус стал рассказывать, как Лайонел заставил Советников склониться перед ним и перебрался во Дворец Душ, а я просто слушал в молчаливом ужасе, теряя надежду с каждой секундой. А ведь у меня ее почти не было.
Я выругался, стены, казалось, сомкнулись вокруг меня. Я совершенно бесполезен здесь. Как, черт возьми, я могу хоть чем-то помочь?
— Мне жаль, — прохрипел я. — Прости, что я бесполезен, прости, что все испортил.
Он вздохнул, его брови сошлись вместе.
— Просто подай апелляцию.
— Это только усугубит ситуацию, — тихо произнес я. — Ты знаешь, что это правда.
— Должен же быть какой-то способ, — настаивал он. — Я поговорю с Нова, я обеспечу Дарси место в Зодиаке.
— Элейн Нова в кармане у Лайонела. Любой предлог, при помощи которого можно избавиться от Дарси, и она его использует, — прошипел я, и на мгновение воцарилась тишина, пока Дариус пытался придумать что-то еще.
—
