Основным оружием, на овладение которым делался особый упор, был PolyTech Legend (ПТЛ) (?) – так Ратт назвал тот автомат, который я принял за «Калашников» из исторических игр на детских симуляторах. Несколько часов взвод тренировался разбирать и собирать это чудо техники, которое ко всем своим недостаткам, оказывается, нуждалось еще и в регулярной чистке и смазке. Нет ну, мы в учебке тоже чистили свои карабины от налипшей пыли и грязи, но чтобы разбирать их до последней пружинки… Впрочем, не так уж много пружинок было в этом ПТЛе, и я легко разобрался с его разборкой-сборкой. Боезапас автомата оказался весьма ограничен – пристегивающийся снизу магазин вмещал в себя всего три десятка патронов с остроносыми пулями калибра восемь миллиметров. При переводе ПТЛ на стрельбу очередями весь магазин можно выпустить одним нажатием спусковой скобы за несколько секунд. Насколько я помню, аналогичный «калашников» в играх на симуляторе мог стрелять гораздо дольше. Интересно, схожесть этих железяк чисто внешняя, или и внутреннее устройство одинаково? В принципе, заменить магазин – секундное дело, вот только много ли снаряженных магазинов можно таскать с собой, учитывая их немалый вес?
Изучив автомат, рассмотрели его более серьезную модификацию ПТЛМ – более мощный и длинный ствол, с возможностью быстрой смены при перегреве, и более объемный магазин в виде диска, вмещающего в себя сто двадцать патронов. Этот вариант оснащен складными сошками, для удобства установки оружия на грунт.
Далее были практические стрельбы в тире, где я показал весьма посредственные результаты.
Там же, в тире, Ратт ознакомил нас с ручным гранатометом, из которого мы выпустили по одной болванке.
– Ну и еще одна полезная штуковина, – мастер-сержант подкинул в ладони небольшой серый цилиндр, расчерченный перекрещивающимися диагональными бороздками на ромбики, – Противопехотная осколочная граната. Поражает живую силу противника осколками, образующимися при разрыве корпуса. Количество осколков – четыреста. Дальность разлета – двести метров. Держать гранату нужно вот так. Большим пальцем отщелкиваем предохранительную заглушку. Вставляем в углубление указательный палец и нажимаем кнопку детонатора. Теперь граната стоит на боевом взводе, и как только убираем палец, так через четыре секунды происходит взрыв. Уиллис!
– Я.
– Повтори мои действия.
– Взвод, подъем! Боевая тревога! – выбрасывает нас из коек разнесшийся по громкой связи голос Ратта, – Уиллис, строй взвод в колонну по три!
– В зубатую задницу нерпану эти чертовы тряпки! – путается спросонья в туземной обувке Курт.
– Взвод, становись! – слышится уже из коридора голос Сола.
Кое-как зашнуровав сандалии, выбегаю и становлюсь в строй, на ходу справляясь с петлями на куртке.
– Взвод, на первый-второй-третий рассчитайсь! – продолжает командовать Уиллис.
– Первый!
– Второй!
– Третий!
– Первый!
…
– Третий! Расчет закончен! (?)
– Вторые номера шаг вперед, третьи номера два шага вперед, марш! Нале-во! Сомкнуть строй! (?)
В этот момент перед колонной появились Ратт и лейтенант Хилл, которого мы не видели с момента выхода из регенерационного бокса. Офицер тоже прошел через регенерационную камеру. Если не считать глаз, то изменения на его внешности почти не отразились – тот же короткий ежик черных волос на голове, та же смуглая, пусть теперь и с фиолетовым оттенком кожа. А взгляд его и с человеческими глазами казался по-змеиному завораживающим и пронизывающим.
Отстранив небрежным жестом подошедшего с докладом Уиллиса, лейтенант вполголоса о чем-то посовещался с Раттом. Было слышно, что мастер-сержант обращается к нему не по-уставному – просто Роб. Затем они что-то недолго втолковывали Солу, и тот кивал в ответ. Далее они втроем встали во главе колонны.
– Первое отделение за мной бегом марш! – Выкрикнул лейтенант и бросился вперед, увлекая за собой первую колонну.
– Второе отделение за мной! – последовал его примеру Ратт.
– Третье отделение за мной! – услышал я за спиной голос Сола, когда уже бежал вслед за Раттом.
Просторный лифт выносит наше отделение на палубу, где стоят три небольших веретенообразных корабля. В один из них уже грузятся ребята, последовавшие за лейтенантом. Мы взбегаем по трапу во второй и оказываемся в тесном проходе, по обе стороны которого расположены антиперегрузочные капсулы. С каким же ускорением полетят эти кораблики?
– Занимаем места! – торопит Ратт, подталкивая Феликса, и не дав нам как следует удивиться.
После того, как устраиваюсь в кресле, колпак капсулы опускается с тихим жужжанием и, плотно пристыковавшись, отсекает все звуки. Жужжание сменяется гудением, и полость между прозрачными стенками заполняется янтарным гелем.
Освещение в отсеке гаснет. Ощущается нарастающая вибрация. Неожиданный рывок вжимает в кресло.
