Потеряв мужа, медсестра Грейс утратила и надежду вновь стать счастливой. Она больше ни на что не надеется, ведь настоящее счастье бывает в жизни только раз. Но однажды в отделение, где работает Грейс, поступает знаменитый актер Мэтт Коннер, получивший тяжелую травму на съемках. Помочь Мэтту вернуться к нормальной жизни становится для Грейс новым смыслом существования. Она не отходит от его постели и буквально заново учит ходить и говорить. Постепенно Мэтт и Грейс понимают, что нашли друг в друге родственную душу. Но можно ли, познав настоящую любовь и пережив страшную потерю, вновь обрести надежду на счастье?..
Он только пришел с войны, и одним из первых звонков был вызов на пожар на товарном складе в южном Бронксе. Полыхало с неслыханной силой. Более сотни пожарных бригад съехались на тушение. В какой-то момент обрушилась крыша и унесла жизни троих пожарных. Джим получил ожоги рук и ног. В больницу он ехать не хотел, но его все же отвезли. Капитан бригады пришел навестить его и, присев у изголовья, сообщил о гибели троих его товарищей. Печальная новость сразила Джима. Врачи напичкали его снотворным, но уже утром он попытался содрать с себя бинты, чтобы вернуться на пожарную станцию. В итоге он провалялся в больнице три недели. Родители и сослуживцы навещали его постоянно, так что он никогда не оставался один, но с наибольшим нетерпением он ждал молоденькую медсестричку, каждое утро приходившую обрабатывать раны. Звали ее Элис, и такие мягкие руки, как у нее, ему еще никогда не попадались. Вдобавок ко всему она была очень-очень хорошенькой.
Элис любила поболтать. Джим поинтересовался, где она живет, и она рассказала ему про островок в Лонг-Айлендском проливе у самого побережья восточного Бронкса. С материком островок соединяется мостом с двусторонним движением. Джим был из Йонкерса и никогда не слыхивал о таком месте, что в общем-то было и неудивительно — ведь и по сей день о нем мало кому известно в Нью-Йорк-Сити.
Называется он Черепашьим островом, поведала ему Элис. Когда в начале XVIII века первые поселенцы из Англии прибыли сюда, они увидели огромное количество гигантских морских черепах, безмятежно греющихся на прибрежных камнях. Так быстро и без особых терзаний поселенцы придумали название для своего нового дома. Черепахи сразу же стали для них главным источником обеспечения жизни. Черепашье мясо употребляли в пищу, кожа шла на шорные товары, из панциря делали посуду и украшения, а жир использовали как масло для светильников. За тридцать лет черепахи были полностью истреблены.
К счастью, в море было полно рыбы, и Черепаший остров вскоре превратился в тихую рыболовецкую деревушку, какие во множестве можно было встретить вдоль побережья штата Мэн или Массачусетса. Джим был в восторге. В мальчишеские годы он обожал рыбалку. Он заявил Элис, что наведается к ней в гости на Черепаший остров, как только выпишется из больницы.
Элис, будучи девушкой скромной, заметно растерялась от такого предложения и не знала, что ответить. Сказала только, покраснев от смущения, что Джиму наверняка понравится остров. И прибавила, что поскольку сама мало где бывала, то даже не представляет, где бы еще могла жить.
Из дальнейшего ее рассказа выяснилось, что живет она в прекрасном новом доме, стоящем прямо на воде. Отец Элис достроил его, когда она доучивалась последний год на курсах медсестер. Через неделю после того как Элис с родителями переехала в новый дом (до этого они жили в центре города), ее отец погиб на стройке во время аварии крана. Так дом, который он успел отстроить, стал ему посмертным памятником. Обшитый кедровой доской, этот одноэтажный дом выходил фасадом на залив Пелхэм-Бэй и возвышался над водой на сваях девятифутовой высоты. Из окон, выходивших на юг, можно было видеть на десятки миль отсюда — в сущности, в целом мире отсюда — мощные серые шпили Эмпайр-Стейт-билдинг и Крайслер-билдинг. С этого расстояния оба небоскреба казались мачтами какого-то тонущего корабля. Элис часто любовалась ими из окон своей спальни, они были ей словно старые друзья.
Когда Джим — на несколько дней раньше положенного срока — выписался из больницы, Элис очень удивилась тому, с какой грустью она восприняла эту новость. В тот день была не ее смена, и у них не было возможности попрощаться. Летели дни, а девушка продолжала думать о Джиме, из головы никак не выходили его голубые глаза и густой зычный смех, и она все пыталась представить себе, как он спасает ее из горящего здания. Пожарная станция, на которой работал Джим, находилась где-то в южном Бронксе, и Элис была готова отважиться на такую отчаянную экспедицию, чтоб отыскать его и справиться о его самочувствии. Но уж больно боязно было в одиночку пускаться в путешествие по незнакомым уголкам города, поэтому она решила написать Джиму письмо и пригласить его к себе в гости на Черепаший остров, как он и хотел. Но когда пришло время отправлять письмо, она испугалась. А вдруг он не ответит? Вдруг сочтет ее дурой? Мысли эти приводили в ужас, и она просто ждала и надеялась. И молилась, чтобы он сам пришел к ней в больницу повидаться. А он все не шел и не шел, и каждый день ожидания становился пыткой.
Мучительно медленно текли недели. В свои двадцать три года Элис была единственной из своих сверстниц, до сих пор не вышедшей замуж.
После месяца ожидания Элис заставила себя переключиться. Она много работала и помогала матери, здоровье которой ухудшилось. Она сама научилась вязать и стала петь в церковном хоре.
