Вольно или невольно каждый человек ощущает себя частью какой-то общности или народа. Драматическая судьба двух сестер-близняшек, которые должны были неизбежно погибнуть, но жизнь распорядилась иначе. Они росли в разных странах и разных мирах. Одна из них узнает тайну своего рождения. Открытие вызвало душевный кризис, ибо заставило посмотреть на мир под другим углом зрения, почувствовать на себе то, что ранее проходило мимо. Как преодолеть этот кризис, как обрести себя в новой реальности? На эти вопросы должна ответить главная героиня книги. Она должна пройти трудный путь поисков и ошибок, чтобы обрести себя.
Предисловие
Цви Гринберг, начальник Европейского отдела Информационно-аналитического управления Моссада склонился над бумагами. В руке он держал остро отточенный карандаш, которым делал пометки в документах. Пятно света от настольной лампы осветило седину на висках его худощавого лица. Цви посмотрел на календарь. На страничке была дата-15 апреля 1958 года, рядом заметка:
– 16-го в девять совещание у начальника управления.
Цви взял в руки уже подготовленный доклад, сделал несколько пометок на полях и протянул руку к телефону.
Тихо хлопнула дверь кабинета, Цви поднял голову и посмотрел на вошедшего.
– Шимон? Что у тебя?
– Вот.
Сотрудник отдела подошел к столу начальника и положил на него газету. Тот бросил взгляд на страницу и недоумевающе посмотрел на сотрудника.
– «Брянский рабочий» от 11 марта 1958 года, – прочитал Цви. Ну и что?
– Посмотри вот сюда.
Шимон указал на небольшую заметку, обведенную толстым красным карандашом. В ней сообщалось, что победителем областной олимпиады по немецкому языку явилась ученица 9-а класса Клинцовской средней школы № 3 Татьяна Морозова. В беседе с корреспондентом она рассказала, что кроме немецкого самостоятельно занимается английским и мечтает продолжить его изучение в дальнейшем.
Рядом с заметкой была небольшая не очень четкая фотография. Симпатичная девушка в школьной форме. Две косички, немного напряженный взгляд, направленный прямо в камеру снимавшего. Цви поднял голову на сотрудника.
– Шимон, ты можешь мне объяснить?
– Вот, шеф, посмотри.
Шимон положил на стол начальника фотографию.
– Это Моше Шнейдерман. Работает у нас в Техническом управлении с 1951 года, то есть с самого основания конторы. Гравер, ювелир, специалист высочайшего класса. Рядом с ним его дочка, Лея. Между прочим, очень интересная девочка. С одной стороны у нее дар к языкам. С помощью отца выучила русский, кроме этого знает английский и французский на достаточно высоком уровне. Сейчас изучает еще и арабский. Увлекается стрелковым спортом и показывает высокие результаты.
– Ну и…?
Цви посмотрел на Шимона с недоумением во взгляде.
– А ты внимательно посмотри на ее лицо. Вот выписка из личного дела Моше, а вот результаты экспертизы фотографий.
Цви быстро прочитал, написанное на листке, потом взял лупу и стал вглядываться в лица девушек.
– Удивительно, как две капли воды, – медленно, чуть ли не по слогам, произнес Цви. Получается, что она жива…
– Ну да! Думаю надо сообщить Моше! – воскликнул Шимон. Представляешь, какая новость!
Цви встал из-за стола и прошелся в задумчивости по комнате.
– Спасибо, Шимон. Это весьма интересно. За что я тебя ценю, так это за способность видеть необычное в обычном. Теперь скажи мне, как это можно в принципе использовать. Лея-это еврейская, израильская девочка, Таня-русская девочка с еврейскими глазами. Да, они похожи внешне, но и только.
– Так что, может сообщить Моше?
– Нет Шимон, пока не стоит. Надо еще подумать. Приглядим за ней и посмотрим.
– Понятно.
Шимон повернулся и вышел. Цви остался стоять у стола.
– Это просто удивительно! – произнес он вслух. Они действительно похожи друг на друга, как две капли воды.
Он в задумчивости прошелся по комнате, аккуратно собрал документы и спрятал их в сейф.
–…Как две капли воды, – снова произнес он и вышел из кабинета.
Глава первая
«Дорогой Димочка!
Таня подняла свое бледное лицо, посмотрела в окно и продолжила писать.
– Нет, я неправильно написала. Димочка, любимый мой! Я ощутила это чувство особенно остро, когда ты стоял рядом со мной у маминой могилы. Я тогда поняла, что ты-тот самый, тот единственный, кого я люблю, на кого могу опереться в трудную минуту жизни.
Таня прекратила писать, посмотрела перед собой сквозь небольшое кухонное окно. Солнце клонилось к закату, длинные тени потянулись через небольшой двор частного дома. Высокий забор, сделанный из оструганных досок, закрывал вид на улицу. Единственная лампочка, висевшая над столом в простеньком абажуре, давала тусклый свет. Таня обмакнула перо в чернильницу и продолжила писать.
– Пишу тебе из Клинцов. Я приехала помянуть маму. Сейчас сижу на кухне на половине тети Поли. Прошло уже сорок дней, как мамы не стало. Дом опустел. В душе моей тоже пусто и тоскливо. Я понимаю, что у тебя служба и ты не смог вырваться. Я все равно чувствовала, что ты как будто рядом со мной.
Ты прости меня, Димочка, за то, что письмо мое сумбурное и могут быть кляксы. Я сижу и плачу, а в голове моей полная каша. Я вся какая-то раздавленная. Я тебе сейчас все расскажу потому, что ты, любимый мой, единственный на всем свете, кому я могу открыть свою душу и свое сердце.
