— Пошел нах*р! Сукин сын! — Сэм подходит к следующей клетке, как вдруг ему прямо в ноги летит ведро, наполненное помоями, — Что бы ты сдох поскорей!
— Ах ты стервая еб*ная! — ублюдина отпрыгивает куда подальше, брезгливо морщась, да проклиная всех и каждого в этом концлагере, рассматривая испачканные брюки, на пару с ботинками, утопающими в испражнениях, — Джо, преподай урок потаскушке!
— Слушаюсь!
Огромный бугай в черной одежде, с бритой на лысо башкой, открывает клетку, вытаскивая из брючного кармана что-то вроде фонарика.
— Только по лицу не бей! Завтра вечерокм братюни приедут из общаги, надо бы развлечь друганов. Шлюшка как раз им предназначалась. А после вечеринки — можно на разогреве швырнуть сие отребье псам, в качестве развлекухи, — делает паузу, снова обращаясь к несчастной жертве, — Это, малышка, послужит тебе отличным уроком в следующей жизни… Умей контролировать свои эмоции, особенно перед человеком, превосходящим тебя силой и властью в миллион раз.
— Сосни у самого себя, у*бок! — это были последние слова девушки под
''номером два''. Следующее, что я услышала — был её громкий, отчаянный крик, отражающий всю силу боли.
А дальше… я не смогла смотреть. Просто забилась в угол и отвернулась, проглатывая собственные слёзы немощности. Совсем как Кристина.
— Ну, что ж! Осталась последняя… Эллис! Детка, папочка пришёл проведать свою маленькую девочку! У папули, для тебя, есть кое-что особенное!
Выглядываю из укрытия, наблюдая как в его грязных руках появляется шприц.
Но Эллис молчит. Все также лежит без малейшего движения. В ужасе замечаю, что девушка находится в клетке совсем обнажённая. Её тело покрыто гематомами, засохшей кровью, многочисленными порезами, синяками.
— Деткааааа! Пора кушать, ну же! — чудовище продолжает подзывать девушку, словно псину вшивую, некормленую несколько суток.
Молчание. Слышу лишь тихий плачь Кристины, и стоны Мегган после нескольких ударов электрошокера, эхом витающие в грязном подвальном помещении.
— Джо, иди проверь, что с ней! — звучит очередной приказ тирана, адресованный качку переростку.
Джо отворяет клетку, наклоняется, чтобы перевернуть девушку на спину. И тут же отстраняется на два шага назад.
— Ну?! — голос Сэма становится грубее, черствее, требовательнее.
Лицо охранника искажается ужасной гримасой, а изо рта вырывается зловещая фраза:
— Она мертва, Сэр.
Мертва…
Мертва….
Страшное слово эхом проносится в каменной голове, острым колом вонзаясь в сознание, от чего я ощущаю, как собственное, ватное тело содрогается жуткими спазмами, отказываясь подчиняться, словно все кости каким-то магическим образом бесследно растворилась.
— Бляха! Уже с раннего утра день не заладился! Слабачкой оказалась, наша любимая Элли. Надеялся, хотя бы месяцок, другой протянет.
Быстро же сдалась, шлюшка дранная! — матерится, выплёвывая разные гадости из вонючей пасти, говоря о человеке так, словно о куске навоза,
— Тачку подготовь, да в лес вывези! По-тихому. Чтоб никто не засёк!
— Понял, кэп! Исполню, — хрипит преданный пес, по кличке Джонни, продолжая морщиться, тем самым демонстрируя неконтролируемое отвращение при виде безжизненного тела.
— Валяй! — звучит повторный приказ, от которого я теряю контроль над чувствами, эмоциями, выражениями и выкрикиваю все, что в сердце давно храню, прямо в упитанную спину законченному выродку, одаривая мощными проклятиями авторского сочинения:
— Убл*дина паршивая! Чтоб ты вечную вечность в аду коптился, подыхая долго, да мучительно, от боли бесконечной, от собственных криков беспечных, от грехов своих бессердечных!
Сэм резко оборачивается, услышав знакомый голос, награждая последнюю пленницу удивленным взглядом:
— Опаньки! А чё это тут рыжая ведьма делает?? Какова хрена ты её сюда определил! Она же Завиру обещана, а ты её в свинарник для курв запихнул! Живо на второй этаж отведи, в порядок приведи, да запри!
— Простите, господин! Виноват!
— Давай, давай! Отведаю малышку как следует, на прощанье! Да киношку, Мэту в подарок пришлю! — вальяжным тоном выплёвывает каждое словечко, прожигая меня убийственным взглядом угольных газ, никогда не знавших о таких вещах, как ''сочувствие'', ''сопереживание'', ''добродушие''.
Монстр! Продолжаю проклинать всем сердцем и душой, ненавидя изверга от кончиков волос до кончиков ногтей, презирая каждый миллиметрик гнилой сущности представшего передо мной монстра, похожего на человека.
Теперь, я практически уверена, что если хорошенько поднатужиться, да дёрнуть за волосы поддонка, можно ненароком лишить чудища обманной оболочки. Ни капли не удивлюсь если, под маской обнаружу нечто, с рогами, или копытами, напоминающее черта.
При одной только импровизированной мысли, я ощущаю, как тело невольно вздрагивает, да сжимается'' в позе эмбриона'' прямо там же, в грязной клетке, в которой некогда обитали бойцовские псы, в то время как изо рта, мгновенно вырывается тоскливый стон:
"Мэт… Ну где же ты?"
"Умоляю… Помоги".
