– Не обманывай, сколько раз тебе говорю. Меня уж точно ты этим не проведешь, подруга. Я эти ваши взгляды, как облупленная знаю. А Нолан там между прочим нервный был, жуть просто. Толком не покатались и вернулись обратно.
– Знаю лишь, что они с Эми… не пара.
Глаза Келс поползли ко лбу.
– В смысле? Они друзья?
– Это долго объяснять, но да. Они теперь друзья. Она сестра его погибшего друга.
Девушка отложила расческу и приложила ладонь ко рту. В глазах виднелась насколько она была удивлена.
– Вот это да. А я-то еще думаю, чего они так холодны к друг другу. Он ведь молчал, ничего и не говорил. И конечно жаль, его друга.
– Да, очень печальная история, Келси. Не хочется об этом, – я повернула голову к ней.
– Но милая, – она положила свою ладонь на мою. – Если они не вместе, больше… не вместе. Ты ведь понимаешь в чем может быть дело?
– Не думаю. Знаешь его мир может крутиться помимо меня.
Плечи подруги поникли, впрочем, как и мои.
– Но я-то знаю толк во взглядах. У него есть к тебе чувства, и весьма не дружеские. Я точно говорю.
– Говори тише, прошу. И вряд ли все так, как ты говоришь, – я усмехнулась, – толкователь взглядов.
Она дрогнула плечами от смеха.
– Тебе нужно быть осторожнее с Ноланом. Кажется, он очень сильно привязался к тебе за это время, это очевидно. Но я не вижу того самого взгляда, когда ты смотришь на него. И я всегда лишь за твое счастье. Ты его так заслуживаешь, – она приблизилась, тише шепча. – Лишь прошу, не давай им обоим надежду, это может каждого из них сильно ранить.
Я, поджав губы отвела взгляд обратно к зеркалу. А Келси не добавляя ничего более ушла, оставив меня продолжать одеваться.
Но я продолжала вглядываться в свое отражение, чувствуя, как сгущаются чувства внутри меня. Я однозначно в них сгорю.
Включив песню на телефоне, девочки за спиной шумно, что-то обсуждали и хохотали. Келси была в нежно сиреневом платье, что было свободным и воздушным, она поправляла последние штрихи, разглаживая ткань. А Эми облачилась в шоколадное платье с небольшим вырезом на груди, её прямые светлые волосы спадали на приоткрытую спину.
Я простояла у комода, в вишневом облегающем платье с закрытым декольте, но придающее изюминку своей открытой спиной, но его тоже почти было не видно, из-за спадающей копны моих волос. Осторожно их завив, я сделала аккуратную укладку. Глаза подчеркнула стрелками и тушью, а на губы никак не могла подобрать оттенок.
В минуту, когда позади голоса притихли, когда мне подошла Эми. Ей ладонь осторожно коснулась моего плеча и сбоку она принялась пристально разглядывать меня. Хоть я и знала, что она вряд ли выльет на меня сейчас, как из ниоткуда взявшуюся “Маргариту”, но все же я чего-то ожидала.
– Тебе нужно немного подчеркнуть твои губы карандашом и подкрасить вот этим оттенком, – её палец лег на темно бордовую помаду. Я неуверенно потянулась к ней, хотя раньше предпочитала более естественные оттенки.
Келс все еще подпевала слова песни, и мы усмехнулись, обернувшись на неё.
– Давай, я помогу, – Эми взяла карандаш и принялась за мои губы. Я в этот момент разглядывал её черты, небольшой прямой нос, губы, что не тронуты уколами красоты, на вид она выглядела очень милой и как же хорошо, что оказалась такой же и внутри. Моя скованность спадала, когда она в моментах рассказывала мне о разных случаях на работе или же в жизни.
– Милли, Эйдан сказал мне, что ты в курсе, – сменила она тему, понизив голос.
Я промолчала, и она продолжила:
– Мы друзья и так правильно для нас. Я ни за что не потеряю его, как своего друга. Он мне… заменяет брата. Знаю, глупо звучит, заменить Колтона никто не сможет, но я очень ценю Эйдана, – она говорила это с заметной тревогой. – И не хочу, чтобы ты все не правильно поняла. Говорю тебе, потому что знаю, как ты ценна для него.
– Я понимаю тебя, – я смогла выдавить эти слова, а остальное встало комом в горле. – Мне знакомо, что значит потерять родного человека.
Её глаза покрылись неистовой грустью, будто она винила себя за то, что завела этот разговор в совершенно неправильное русло. В неподходящий момент.
– Они ведь всегда с нами, да? – Эми коснулась кольца на пальце и с нежностью потерла его. А в глазах боль, глубокая и неизмеримая. В них я увидела себя, много лет назад. Ведь её потеря была еще очень свежа.
Я взяла её ладонь в свою, и она перевела на меня свой угнетенный взгляд.
– Порой я чувствую, что она со мной. Во снах, шутит, как прежде, ведет себя будто мы виделись еще вчера. А я тоскую так, что сердце сжимается до грецкого ореха. Но потом я осознаю, что так и есть. Мы все еще связаны, в этих снах они не тоскуют по нам, как мы по ним, они верят, что они рядом, все это время.
От этих слов из её глаз хлынули слезы. Она обмякла, и я ухватила её за руки.
О господи, Эми.
Я живо прижала её к себе и обхватила ладонью затылок, гладя по волосам. А она уткнулась в моё плечо и тихо всхлипывала. Келси замерла в шаге от нас с опустошенным взглядом. Она дала нам этот момент. Минуту для израненных душ, потерявших навсегда свою частицу души.
