— Господи! — перекрестилась купчиха. — Это их не успокоенные души тебе явились! Видать что-то гложет их! Знаешь что, — вдруг замолчала старуха, а потом с горящими глазами прошептала: — Убили их! Вот они и явились требовать наказания для убийц! Спаси и сохрани! Нужно батюшку вызвать, чтобы он еще раз тут заупокойную прочел! Иначе они как приведения тут бродить будут. И ко мне зайти могут!
— Это была галлюцинация, — успокоил ее старый следователь, — наука не признает существование призраков!
— Ваша воля, господин, — поджала губы женщина, — только наука Ваша, она там — в столицах. А у нас все по-простому! Батюшку пригласить не забудьте. А я пойду, старая стала я для таких страстей! — и она медленно пошла к себе в дом.
— Как ты себя чувствуешь, Иван? — участливо спросил его друг.
— Я видел… все видел! — горячо шептал Смирнов. — Видел его. Он хромал на правую ногу. Это он. Я его убью! Пусть потом каторга, но он не будет жить!
— Тихо, тихо, — оглянулся по сторонам Грановский, — мы его убьем! Обязательно. Скоро. Но сначала нужно выяснить зачем он их сжег.
— Какая разница? — возразил доктор.
— Поверь мне, Ваня, — твердо произнес старый сыщик, — поверь человеку, который немало повидал и убийц и их жертв. Если мы сейчас его просто убьем не поняв его мотивы, ты потом всю жизнь будешь мучится этим вопросом. Почему и зачем он это сделал! Нет ли какой твоей вины в том, что произошло! Но тогда ответить на него уже будет некому! Клянусь, возмездие его постигнет уже в ближайшие дни!
— Хорошо, я понял! Я еще подожду, — вздохнув согласился вдовец, — что дальше будем делать?
— У меня есть план. Вставай и идем, — Казимир Христофорович протянул ему руку и помог встать с травы. Они отряхнули одежду доктора и направились обратно в город. У большого дома сыщик остановился и попросил одного из приказчиков позвать хозяина. На крыльцо вышел пузатый мужик. Увидев Казимира Христофоровича, он резво сбежал с крыльца и подбежал к ним.
— Здравствуйте, Казимир Христофорович! Все готово. Завтра утром в девять часов можем начинать! — залебезил он.
— Отлично, встречаемся на месте. И не опаздывайте! — строго ответил полицейский следователь.
— Ну как можно! Разве ж мы не понимаем! — угодливо поклонился «пузан».
Когда друзья отошли от дома, Смирнов спросил Грановского:
— Чего это он так угодничает?
— Я его от тюрьмы за контрабанду спас, — усмехнулся тот, — но взамен он подписал бумагу о сотрудничестве с полицией и стал нашим осведомителем.
— А что будет завтра?
— А завтра мы разберем завалы дачи по бревнышку и поймем, что там ищет этот упырь! — твердо произнес старый сыщик. — Идемте, Иван Петрович, нам еще в городскую управу нужно зайти.
Там они оказались уже в конце рабочего дня. Но увидев и узнав Грановского, архивные крысы даже не думали что-то возразить.
— Что Вам угодно, господин следователь? — с почтением сказал один из них.
— Мне угодно узнать, какая фабрика будет строиться напротив сгоревшей дачи? Которой я интересовался прошлый раз, — строго спросил Грановский.
— Что? Фабрика? — чинуши переглянулись между собой, а потом дружно рассмеялись.
— Я сказал что-то смешное? — нахмурился столичный следователь.
— Извините, господин следователь, — успокоившись ответил чиновник, — у нас отродясь никаких фабрик не было, нет, и не планируется!
— Точно?
— Точнее не бывает! — твердо подтвердила чернильная душа.
Друзья вышли из здания управы. Тяжелый день клонился к закату.
— Ну, Иван Петрович, ты сам все слышал. И это оказалось тоже полным враньем, — вздохнул Грановский, — значит ему нужен просто этот участок. Завтра мы все узнаем. Я лично обнюхаю каждый его вершок. Если там что-то есть, мы это обязательно найдем! Ну а после уже займемся этим субчиком. Ты мне не нравишься Ваня, — он с тревогой посмотрел на своего друга.
— Они все время стоят у меня перед глазами, — тихо ответил Смирнов, — они умирали, а я ничего не мог сделать. Ничего.
— Ясно, — ответил умудренный жизненным опытом и повидавший немало таких ситуаций старый следователь, — будем тебя сегодня лечить.
— Как? Вы разве врач? — слабо улыбнулся доктор.
— В таких историях — да! Идемте сначала поужинаем в ресторане! — тоном не терпящим возражения, предложил Казимир Христофорович. Они взяли извозчика и поехали в центр городка. Там они поужинали, а Грановский взял с собой бутылку водки.
Приехав на квартиру, Казимир Христофорович дождался когда Смирнов переоделся ко сну, налил ему полный стакан водки и заставил его выпить. Тот, который вообще не употреблял спиртного, после этого сразу отключился. Сыщик перенес его на кровать, и, перекрестив, сказал:
— Так будет лучше. А то ночью мог и в петлю полезть. А завтра будет новый день и все уже по-другому.
После чего налил себе тоже и залпом выпил. А потом лег спать.
Утром Смирнов проснулся с жуткой головной болью и сильнейшей жаждой. Именно она занимала все его мысли. Рядом сидел и улыбался Казимир Христофорович.
— Голова болит?
— Еще как! — пожаловался доктор.
— Вот и хорошо. Так и должно быть, — удовлетворённо произнес старик, — а теперь подлечимся!
