— Если проблему не решить, то потом придется действовать намного жестче. Именно сейчас мы имеем уникальный шанс обойтись меньшей кровью. Намного меньшей. Если дать Совету хотя бы год — он оправится, и тогда придется применять уже более жесткие меры. Нам бы еще из этой войны выбраться.
— Тебя проклянут. И меня заодно.
— Я прикрою вас, ваше величество. Будем делать вид, что после войны я взял слишком много власти над неопытным королем. Вы ругайте меня почаще…
— Хм… — Артон решительно тряхнул головой. — Нет.
— Ваше величество?
— Я тоже кое-чему научился у Вольдемара. В частности, отвечать за свои поступки. Поэтому — нет. Если мы решили действовать, то это Наше решение. И вы моя десница!
Герцог, уловив королевское «Наше», поклонился.
— Хорошо, ваше величество.
— И как это отстранение Вольдемара поможет нам использовать его знания?
— Подберем людей поумнее и отправим к нему, пусть изучают его реформы и учатся. Будем использовать их. Еще буду слать письма Вольдемару с вопросами и спрашивать у него совета. Поверьте, ваше величество, скоро ему самому надоест такое спокойствие. Да и сестра подрастет, захочет поблистать при дворе… Тем более что представление королю в тринадцать лет обязательно для всех знатных девушек. А там он уже не сможет отказать вам в просьбе помочь с реформами. Он ответственный человек и понимает, что его знания помогут избежать многих ошибок. Уже из чувства ответственности он согласится… Ну и потому, что ему будет скучно сидеть в герцогстве, когда все королевство начнет трясти… Я его сперва привлеку в качестве советника, потом начну давать разные поручения. Через несколько лет назначу своим помощником и заместителем. Думаю, к тому времени он вполне дорастет. А дальше уже видно будет, когда он станет готов сменить меня.
— Да уж… Теперь бы с войной разобраться… Столько дел…
— Эрих уже проиграл, ваше величество. Сейчас главное — не сделать ошибку.
— И что вы предлагаете?
— Усилить гарнизоны в крепостях и городах и уйти в столицу.
— Что?!
— После произошедших событий это никого не удивит, и никто не обвинит вас в трусости. Зато там мы снова сможем заняться пополнением армии и приведением ее в порядок, благо после разгрома войск Совета и после мятежа осталось много свободных солдат. Думаю, они все с охотой пойдут в королевскую армию. Оставаясь здесь, мы только бессмысленно утомляем солдат непонятными переходами.
— Мы можем дать бой…
— Ваше величество, вы видели солдат и этого злосчастного графа. Какие шансы у нас победить?
Раньше Артон ответил бы на такой вопрос однозначно. Но произошедшие события изрядно изменили его взгляд на мир. Особенно общение с одним небезызвестным герцогом. Рыцарь Артон мечтал о славе в боях, но король Артон должен хранить королевство. И сейчас две эти личности отчаянно сражались друг с другом.
Взгляд Артона случайно упал на болтающуюся на груди монету, которую он не убрал за ворот.
— Черт тебя побери, Вольдемар, — буркнул он, резким движением засовывая монету за ворот. — Распоряжайтесь, герцог.
— Простите, ваше величество?
— Мы уходим. Выделите те части, что останутся в гарнизонах, определите, куда и сколько нужно направить.
— Слушаюсь, ваше величество…
…Через три дня, когда на месте бывшего лагеря войск короля Артона появилась уставшая от проделанного марша армия Родезии, она застала только остатки укреплений, поломанные телеги и мусор. Еще два дня понадобилось Эриху, чтобы разобраться, куда делась локхерская армия. После этого он долго стоял на вершине холма, разглядывая дорогу, по которой ушли солдаты его противника, и впервые не знал, что делать дальше. Рядом замер его ординарец.
— Возвращаемся, — бросил король, резко разворачиваясь и начиная спуск с холма.
— Простите, ваше величество?
— Возвращаемся в Эндорию. Нужно восстановить сообщение с Родезией, иначе снова придется голодать… Особенно после того, как в тылу у нас порезвился этот новый локхерский герцог.
Лето, конечно, не зима, но все равно проблемы будут серьезные. И трудно спорить с тем, что сообщение с родным королевством нужно восстанавливать.
О чем думал король на том холме, так и осталось для всех загадкой. Впрочем, кто из обычных людей может понять мысли гения?
