Долгий рабочий день подошел к концу. И Грозель был доволен. Почти 200 человек они за сегодня переселили в специальную игру. Осталось только дождаться от помощника, Окунева, отчет. Подписать его и с благоприятным настроением идти встречать очередной Новый Год.
— Разрешите, профессор! — услышал он голос со стороны дверь. Это был Окунев.
— Да, да. Я тебя уже заждался. Ты где возишься?! Такое событие, а ты меня заставляешь ждать. Не будь праздник на носу, лишил бы тебя премии и оштрафовал. Уяснил?! — раздраженно ответил владелец кабинета.
— Извините, Герман Васильевич, — виновато сказал помощник и протянул папку с документами. — Я позволили себе лишний раз проверить полученные данные.
— Хорош мусолить! — рявкнул Грозель. — Ты опоздал и ТОЧКА!. По делу что?
— Все отчеты и свои мысли в папке, — потупился парень.
— Это надо читать и разбираться, — уже спокойнее сказал куратор. Он в любом случае будет это читать, но не сейчас. Позже. — В двух словах предоставь мне содержимое этой макулатуры.
— Все данные не выбиваются за рамки ожидаемых нами параметров. Но есть одна странность. Одного человека, Игнашевич его фамилия, мы не смогли обнаружить в игре. Все наши методы поиска его аватара не увенчались успехом. Всех остальных «встретили» в новом мире, — с опаской сказал Окунев.
Сам же Грозель, был рад такому краткому докладу. Хоть его лицо и перекосило от этих новостей.
— Какие есть мысли по поводу случившегося? — без всякого интереса спросил начальник у подчиненного.
— Официально никаких. А не официально — с опаской покосившись на своего начальника — может, теория профессора Голубева, о влиянии химической составляющей организма человека на перенос его в игру все таки подтверждается? — это единственное пояснение, по мнению помощника. Других вариантов он не видел. Суть теории заключалась в том, что после ядерной войны химический баланс организма человека кардинально изменился, и при определенном составе микро- и макроэлементов возможны непредсказуемые последствия. Но дальше теории это никуда не ушло. А после озвучивания этой теории, на очередном заседании «совета директоров», в скором времени, и сменился куратор у проекта. Но это была закрытая информация.
— Какой лимит погрешности задокументирован? — с ноткой раздражения спросил Грозель.
— Два процента.
— Вот и запиши его пропажу в эти самые два процента. И если я, еще раз услышу намек на этот бред, то найду себе другого помощника. Свободен!
Ровная степь. Никаких изменений с моего прошлого похода. Все та же мелкая живность под ногами. Легкий ветер в лицо сопровождал на протяжении всего похода. Я шел в ближайшее селение. Нужно найти причину смерти дорогих мне людей. И где, как не в ближайшем селении, начать поиск людей или хотя бы информации.
Прошедшую неделю я запомню на всю оставшуюся жизнь. Все это время я занимался уборкой двора, в котором меня приютили, обучали, и чего уж душой кривить — любили. Да, были вещи в поведении наставников, особенно наставницы, которые мне не нравились. Но я думаю, что это такое проявление любви и заботы с ее стороны. Хотя нет, это раньше я думал так, а сейчас я в этом уверен. За последнее несколько лет я уже в третий раз теряю все в своей жизни. Сначала война. Война и потери — понятия равносильны в едином контексте. Только наладился мир на Земле, только появились перспективы на реконструкцию цивилизации и… добро пожаловать в капсулу. И вот он третий раз. Так и подмывает сказать, как герой, какого-нибудь дешёвинького кино: «Я больше никогда и никого не потеряю! Я защищу всех дорогих мне людей!». Но нет! За это время, жизнь меня научила не верить в такие сказки. Что бы делать такие заявления, необходима сила, но я не уверен, что мой текущий уровень навыков и знаний для этого достаточен. Кроме своей наставницы и иллюзорных противников я никого еще не встречал на своем пути. Да и встреченные мною противники не раз доказали, что мне еще расти и расти. Как минимум, надо понять навыки которые будут открыты у меня и у моего оружия. А сколько еще сильных мира сего встретиться на моем пути мне не известно.
«Регрессия к среднему значению» — вот как можно назвать все это. И пусть, это понятие не является плодом моих размышлений, но очень четко передает все случившееся в жизни. Любое доброе и светлое в нашей жизни неизменно будет выровнено потерями и провалами, темными моментами жизни. И когда такое случается, мы начинаем жизнь с той точки, в которой уже были. Правда остается вопрос: почему именно это положение дел является точкой старта. Но это сейчас не важно.
