— Ждем Ваших сыновей, и покажу, дальше думайте сами. И стражу поставьте к спутникам принца. Они возможная угроза. — Капитан выполнил мои пожелания, и к моему удивлению лишних вопросов не задал. Дождавшись требуемых лиц и пройдя на место происшествия, я кивнул на задействованных лиц. — Вот то, что теперь у нас есть.
А потом пересказал историю произошедшего. За все это время работа лучей не прекратилась.
— Что с принцем? — выслушав мою историю, капитан не нашел ничего лучшего как спросить об этом Тиранию. И признаться, я тоже ничего не нашел лучше, чем спросить прежде чем предпринимать действия.
— Даже если убьете меня, этот процесс уже не обратим. Он поддерживает себя сам, и пока трансформация не закончится, это не прекратится.
— А пошевелится вы не могли из-за этой всей магии?
— Да, после начала отпустить артефакты трансформации невозможно. Естественно, можно было еще твоим методом отсоединить, — с вызовом посмотрела она на меня. — Вы вообще не должны были ничего заметить. Во время первой атаки, было подозрение, что ничего не получится, и на дно вашего судна были нанесены специальные символы, при напитывании которых на всех, кроме владельцев специальных артефактов, накладывается заклинание спокойствия и беспечного сна. Дежурных же мы просто погрузили под отвод глаз с нужного места. Но это не важно, вы все равно умрете. Должны были умереть во сне, а умрет так, — и засмеялась, только смех получился не злобный, как у какого киногероя, я вымученный. — Почему ты проснулся, ну по чему? — и заревела. Я вовсе не понимаю этих женщин. Но факт остается фактом, я проснулся потому, что заворочалась Ира. А может еще и не маловажную роль сыграл факт того, как я тренировался и откуда я родом?
Во всей этой суматохе, радовало то, что следующий за нами корабль не предпринимал никаких агрессивных действий. Или еще не вечер, или они не в курсе, что было задумано. Пока я размышлял, лучи начали тускнеть, а потом и вовсе мигать, как фонарик, у которого сели батарейки. Сам же принц начал покрываться темно-прозрачным коконом. Он распространялся от маски, которая все изначально впитывала. Ох, не к добру все это.
— Капитан забирайте своих людей, пленницу и уходите с корабля. Хотя бы попытайтесь. Я же постараюсь победить эту магию. Мне вы будете только мешать, — а хуже всего то, что и убивать принца нельзя, и не факт, что если мы его убьем, то все прекратится.
— Вы все умрете. Это заклинание абсолютной трансформации темного рыцаря, — прокричала пленница. Я за это время и забыл о втором пленнике, посмотрев на него, а было уже не на что смотреть, он скончался от потери крови. Кисти то я ему ни пережал, ни прижег, но если честно, то и не жалко. Само же заклинание, ни мне, ни, судя по лицам, остальным посетителям корабля, ни о чем не говорило.
— Я останусь с тобой, — услышал я голос, и мне даже поворачиваться не надо, что бы знать, что это Ира. — У меня больше никого нет.
— Я уже тебе говорил, я не в праве тебе приказывать, ты сама решаешь свою жизнь.
— Я тоже останусь, — это уже был капитан, но распоряжение матросам покинуть корабль он дал. — Я просто не могу покинуть корабль.
Логику Иры я хоть немного понимал, логику остальных — нет. Но в общей сложности корабль не покинула Ира, капитан с сыновьями и еще несколько матросов, которые были при первом нашем знакомстве. Но пообещали, что пока я буду жив, они не будут вмешиваться. А через минут пятнадцать, после уменьшения количества людей на судне, трансформация закончилась.
Я, капитан, его сыновья, и еще четверо матросов стояли метрах в десяти от схватки. Она уже длится, около, тысячи ударов сердца. Этот стиль боя я не понимала, но я его уже видела. Он держит мечи точно так, как держал в поединке со Стефаном. Бой начался странно, да и может ли бы он называться странным с таким то противником. Это уже был не принц. Он весь был покрыт черным доспехом, и в руках держал большой черный меч в человеческий рост. Он был очень тяжелым на вид, но орудовал новый принц им, как легкой тростинкой. Азгор сменил тип хвата, и теперь он уже не защищается, а атакует. Но каждая атака не приносит результат. Та черная оболочка, из которой сделаны доспехи, он не может пробить ее. Не смотря на то, что уже было светло, искры от этого поединка были очень и очень видны. Он опять сменил тактику боя, уход, контратака в стык латного доспеха. Перекат, взмах по нисходящей траектории — мимо. Разрыв дистанции. Я уже вижу, что у Азгора есть раны на боку и руке, непонятно, это новые или открылись старые.
— Что он делает? — это был капитан.
— Я не знаю, — а что я могла еще ответить. Для ответа я повернула лицо к капитану, но когда повернулась обратно, все кардинально изменилось. У Азгора была царапина на щека, глубокая царапина, но и это было не все, он отбросил свои мечи.
— Он что сума сошел, что он делает? Его по голове ударили? — паниковал старший сын капитана.
— Заткнись и смотри, — и посмотреть было на что.
