А когда он выспался или почти выспался, ему в тонком сне пришла в голову идея. Проснувшись, он провел перекличку своих, с наслаждением ощущая, что мир вокруг стал… немного добрее. То есть острое недовольство собой, возникшее после потери Насти, конечно же, не прошло, но Рост снова понимал, что силы к нему вернулись, что он может соображать. А главное, он знал, чего добивались океанские викрамы, когда устроили это нападение.
– Рындин, – объявил он, хотя тот находился почти в часе хода от него, охраняя всех отдыхающих касаток, – и все остальные… У кого есть какие идеи, кто может ответить на вопрос – чего добились океанские, погнав на нас эту свору чудищ?
– Настя… – одним словом предположила Вика.
– Атакуют нас, ослабляют, – отозвалась Просинечка. – Хотят испугать.
– Выстраивают заслон, – подал голос и Рындин.
– Тогда уж следовало выстраивать их перед своими городами в шхерах, – попробовал поучаствовать в обсуждении обычно молчаливый Шлех.
– Все не то, – решил Ростик. – Они… очищают море с юга. Чтобы…
– Очищают?.. Зачем? – не понял Рындин.
– В том-то и дело, – настаивал Ростик. Решение, которое он принял, ему и самому показалось не вполне нормальным, но он решил, что без него не обойтись. – Думаю, с этими четырьмя, которые нас все еще атакуют, вы справитесь впятером. Без погонщиков, скорее всего, они не будут так уж решительны… Может, вообще скоро повернут назад, в свои глубины.
– А ты? – спросил его Михайлов.
– А мы с Викой пойдем в сторону условной Тасмании.
– Я не пойду, – попробовала поупрямиться Бабурина.
– Там сейчас гораздо безопаснее, чем здесь, – пояснил Ростик, – там нет ни одного чудища, нет даже акул. Вот только океанские там, но, возможно, даже меньше, чем у шхер.
– Что ты там хочешь подсмотреть? – спросила Самарха.
– Не знаю, – признался Ростик. – Подозреваю только… Но это нужно проверить. – Он еще раз окинул своим сонаром всю компанию. И неожиданно закончил: – И лучше бы я оказался не прав.
Вику он выбрал потому, что девушке нужно было перебороть свой страх, нужно было совершить что-то такое, что заслуживало бы уважения в глазах остальных. Тогда, и только тогда она успокоится и будет полагать, раз уж она такая ловкая и неуязвимая, что совершила этот дальний поход в океан, то теперь ей и бояться нечего… или стыдно бояться, если она немного, но героиня.
В океан они вдвоем вышли по широкой дуге. Пока шли, Рост прислушивался к гомону пятерых касаток, причем оставленный за старшего Рындин никак не мог успокоить остальных. Он-то понимал, если все будут действовать разумно и решительно, то и пятерых касаток на одного глубинного зверя хватит, тем более что роли и обязанности каждого были теперь понятны. Но это вызывало сомнения у Просинечки, которую, как часто случалось, поддерживал Михайлов… В общем, даже Вика слегка повеселела, высказавшись:
– А нелегко тебе с нами, командир, верно?
Рост только вздохнул, но и этого было достаточно, потому что эмоциональное состояние касаток читалось так же легко, как и проговоренные в сознании слова.
Они шли в сторону океана весь день, потом еще день и тогда оказались примерно в трехстах километрах южнее того места, где на континенте находились города пауков. Тут уже следовало вести себя аккуратно, поэтому Рост приказал:
– Теперь смотри во все глаза.
– Можем попасть на… морских зверей? – голос Вики чуть дрожал. – Или на викрамов?
– Нет, это нам не грозит, кажется. Исследуй дно.
– Чтобы понять, что творится на дне, тебе бы следовало Шлеха с собой взять.
– Я выбрал не Шлеха. – Чтобы смягчить резкость тона, он добавил: – Это должен каждый уметь, и ты, кстати, тоже.
Они шли теперь медленно, действительно, едва ли не наслаждаясь покоем окрестных вод, отсутствием акул, прочих хищников, какой-то призрачной безопасностью мира. На Вику Ростик не слишком надеялся, она была не самым толковым разведчиком, что-то ей мешало быть подлинным поисковиком. Но нашла именно она.
Это случилось на третий день, когда Рост пребывал в состоянии сытости, мешающей ему соображать. Он уснул незадолго до этого, а пока спал, Левиафан сожрал чуть не целую стаю довольно крупных кефалек, потому и сам потерял привычную для него бодрость, стал ватным и немного сонным.
– Командир, смотри, – голос Вики даже просел от страха.
Рост на одном дыхании домчался до того места, которое она определила.
Это были остатки корабля, довольно большого, но уже на треть засыпанного песком. В его борту зияли чудовищные дыры, даже удивительно было, как такое на первый взгляд толстое дерево удалось кому-то проломить. Кованое дерево в пять-семь раз тоньше иногда выдерживало удар пушки, а тут… Огромные куски обшивки были вырваны, толстенные шпангоуты сломаны, как спички, даже килевая балка по днищу корабля треснула и надломилась.
– Что тут произошло?
– Не знаю пока, – признался Ростик.
Даже на него действовал вид изуродованного корабля, мрачно покоящегося под яркими лучами солнца, льющимися сверху, открывающими какое-то ужасное происшествие. Тогда он сосредоточился, вызвав в себе как можно больше человеческих сил, не принадлежащих Левиафану.
