- Господин Соррел, нужно выполнить всего одну маленькую просьбу. И тогда ваш народ будет спасен.
- Что я должен сделать?
- Вы должны зорко следить за настроениями его превосходительства президента Слатина. Нам доподлинно известно, что он не намерен объявлять войну и брать власть в свои руки. И это глубоко правильное решение. Президент очень стар, он просто не справится с ситуацией.
- Мне следует...
- ...вам следует, зорко наблюдать за его настроениями, и в случае кардинальных перемен немедленно оповестить нас. Будем называть вещи своими именами.
- Измена?
- Да, неужели? Спасение, Роберто, спасение своего собственного народа. Разве не в этом заключается ваш долг офицера?
- И все-таки!
- Не стоит беспокоится, господин Соррел, коалиция умеет быть благодарной. После неминуемого возмездия, прокаженный Рорар будет избавлен от взяточников и мздоимцев. Коллаборационным властям потребуются умные, волевые, честные гномы. Мы искренне полагаем, что ваше служение на пользу дела не будет забыто.
- И даже так?
- Почему нет, Роберто, Рорар никто не планирует включать в свой состав, это и впредь будет провинция гномов, другое дело, неподмандатная властям Коларии.
- Я могу подумать?
- Нет, такой возможности у вас нет. События развиваются слишком стремительно. Ваш ответ требуется прямо сейчас. И не извольте нам лгать. Принимайте решение по совести, с легким сердцем.
- Я... я согласен, господа.
- Ответ честного гражданина, браво.
- Куда мне писать?
- В мировой мыслиум, конечно. Домицилий я чиркну на салфетке. Не пишите нам никаких обстоятельных рапортов, только краткое «нет», в случае перемены настроения его превосходительства.
- Понятно.
- Да, господин Соррел, не примите за оскорбление, здесь чековое обязательство Золотого банкума.
- Сорок тысяч дублосов?
- Скромное подношение, у молодого блестящего офицера всегда так много увлечений, порой, они бывают неприятно расточительны.
- Благодарю, господа, у меня нет слов!
- Прощайте, Роберто, хорошенько отдохните в чертогах мадам Фрунетты.
Генерал Неррона нервно сглотнул. Буквально только что по правительственным каналам прибыла депеша. Вывести в разоруженный резерв два мультидекера первой бригады. Это что-то невозможное! В воздухе пахнет войной, но правительство отправляет на свалку две сильнейшие машины? Два комбрига Нокирович и Соритов смотрели на патрона с удивлением. Речь шла если не об измене, значит о преступной глупости.
- Господа генералы, я немедленно поеду к провинциатору. Решение о разоружении кораблей сделает нас беззащитными.
Комбриги сдержанно кивали в ответ. Бригадный генерал Нокирович ясно представил себе, что в случае консервации мультидекеров в его бригаде останется два вымпела. По статуту его звание зависело от этого количества. Значит, вновь придется надеть полковничий шеврон. Но что было еще большей дикостью, девять оставшихся машин отряда лишали должности самого генерала Неррону.
Фактически, если распоряжение правительства будет исполнено, в отряде останутся четыре ошметочка - четыре маленькие бригады. Причем, с не самым сильным составом.
***
Когда командир уехал, генералы тяжело поднялись и покинули капонир. Они отправились смотреть какие мультидекеры можно будет избрать на резку. Состояние машин было почти всё одинаково плохое, но где-то ведь было хуже? Комбриги старались не обсуждать эту новость. Нокировичу и Соритову казалось, если об этом не говорить, все может образумиться.
Через два часа в штаб вернулся командир отряда. Его бледное лицо ничего не выражало. Комбриги смущенно не задавали никаких вопросов.
Пришли два остальных бригадных начальника: полковники Стоцен и Криворахин.
Генерал Самуэс Неррона обратился надломленным голосом к своим старшим офицерам.
- Господа, сегодня утром поступило распоряжение правительства вывести в разоруженный резерв два мультидекера. Таким образом, штатная численность соединения не позволяет мне продолжать командовать. По уставу после этого изменения старшим офицером отряда останется бригадный генерал Соритов. Прошу вас проследить, чтобы эти новости не наделали шума и не подвергли опасности то малое, что у нас осталось.
Встал комбриг Соритов. Он был хмур и бледен. Было видно, что мысль разделить всю полноту ответственности за распадающийся отряд у него не вызывает восторга.
- Господин генерал, а вы? Вы остаетесь на Рораре или вас отзывают в конфедерацию?
Неррона криво усмехнулся.
- Мне предложили подать в отставку по состоянию здоровья, вот так-с.
- Господи! - Комбриги сочувственно переглянулись. Это была неслыханная мера. В конце концов бывает немало перестановок, можно было бы остаться на половинном жаловании.
Генерал Неррона вскинул руку, прекращая ропот.
- Не нужно споров, друзья. Исполняйте свой долг.
