Обретенная полностью

– …Таким образом, можно считать доказанным, что означенная офицер рем Вил без согласования со службой орбитального контроля или иными службами доставила в пределы планеты Корн лицо, находящееся в общеимперском розыске…

– На тот момент – нет, – скучающим тоном перебила женщина, одновременно быстро читая пришедшее послание и заглядывая в приложенные к нему электронные документы.

– Что, простите?

– Лицо, которое вы упоминаете, было помещено в розыск в связи с событиями на Сандре трое суток спустя, – спокойно развернула ответ рем Сонг, не отвлекаясь от чтения. Это была уже третья «неофициальная встреча по инциденту номер 11хб56», на которую она получила приглашение «явиться для возможности обсуждения без посредников», и своего оппонента командир учебно-тренировочной базы уже изучила достаточно хорошо.

Три недели! На курорте, правда, что можно вообще приравнять к уже много лет игнорируемому отпуску, если бы не одно но. В отпуск уходят из желания отдохнуть, а не потому, что нужно прикрыть своим широким начальственным зад… то есть сложившимся авторитетом конечно же придурочного подчинённого! Причём было совершенно ясно: – импбезы с Корна, пользуясь ситуацией на Сандре, тупо тянут время, давая возможность рем Дажам и рем Пау подчистить за собой некое внезапно всплывшее дерьмо. А она, Карина, вынуждена подыгрывать уродам, показывая, насколько ей нравится «подаренный» отдых на планете без отрыва от работы. Всего-то занятий – съездить один раз в неделю на «неофициальную встречу»… Убила бы!

Единственным светлым пятном во всей истории она видела лишь то, что вопрос получения полковником рем Сонг очередного звания теперь, пожалуй, с самого верха отложат сразу лет на пятьдесят. Правда, могут попытаться в отставку выпереть, но, кажется, таких самоубийц даже в администрации императора нет. Если её обожаемые «слегка буйные деточки» хоть каким-нибудь боком узнают, что «мамочку» ушли… мало не покажется никому! Что-что, а дурной фантазии у штурмовиков всегда хватало с избытком. Что поделать – профессиональная деформация тех, кто своим лбом должен проламывать путь в планетарных укреплениях и рядах пехоты врага. Самоубийственные для любых других подразделений задачи часто требовали нестандартного подхода, и придумывать его надо было прямо сейчас, пока падаешь на неприятеля… Так, а это что?

– Простите?

Рем Сонг медленно подняла на собеседника глаза, и столько в этом движении было скрытой угрозы, что сибовец сбился с очередного перечисления пунктов и невольно отодвинулся, инстинктивно стараясь оказаться подальше от этой внезапно ставшей столь опасной женщины. Хотя, казалось бы, ничего угрожающего в мимике красноголовой не появилось, не говоря уже об эмоциях. Однако ж вот – почувствовал, что называется, жопой…

– Уважаемый коллега, вы ведь понимаете, что за весь разговор вы не сказали мне ничего нового?

Безопасник, даром что кадровый контрразведчик со стажем и сам не мальчик, судорожно сглотнул и, даже не осознавая, что делает, кивнул.

– Хорошо. Мы ещё в первый визит установили, что Натана рем Вил, скорее всего, ввезла на территорию империи человека без гражданства на борту своего атмосферно-космического транспортного средства. Но сделать это она могла, только погрузив означенное лицо в анабиоз, медицинскую кому внутри медкапсулы, или под воздействием препаратов, вызывающих аналогичное состояние. То есть, как мы теперь знаем, преступник фактически не был субъектом, он был объектом. И в качестве такового пробыл всё время, пока офицер находилась в пределах атмосферы Корна.

– Но…

– Вы ведь не хотите мне сказать, что мой подчинённый, имперский штурмовик, могла находиться под каким-либо контролем неодарённого, выполняя его волю? Или, может, позволила уговорить себя нарушить присягу и стать сообщницей? – ласково переспросила Карина. Дождалась почти судорожного мотания головой и удовлетворённо продолжила: – Тогда версия о произошедшем может быть только одна: рем Вил на Сандре случайно, или в ходе собственного неофициального расследования, смогла задержать некое лицо, позднее признанное террористом. Применив свои профессиональные навыки, она узнала нечто такое, о чём имела право не сообщать и по каким-то соображениям не сообщила в докладе непосредственному командиру, то есть мне. Учитывая, что в инциденте в поместье рем Даж приняла прямое участие проживающая там рем Пау, двоюродная сестра офицера Натаны, я могу это понять. Более того, я сама невольно дала ей полномочия поступать так, разрешив в ситуациях, которые офицер сама сочтёт чрезвычайными, действовать полностью автономно.