Машина не взорвалась, как это бывает на экране телевизора. Но она продралась сквозь десять или двенадцать футов густого кустарника и вмазалась в дерево. Она лежала на боку и дымилась. Вся земля вокруг нее была усеяна осколками стекла и рваными стальными ошметками. Надувные подушки безопасности сработали, но пара обмякших тел не подавала признаков жизни.
Мёрфи продолжала гнать «Харлей» вперед, хохоча как безумная.
– Ты что? – крикнул я ей. – Чего смешного?
Она полуобернулась. Лицо ее раскраснелось, глаза сияли.
– Похоже, ты был прав насчет мотоцикла как большого вибратора.
Еще полмили дороги – и мы выехали к дому, в котором без труда могла уместиться семья из четырех человек. По меркам Рейтова поместья я решил, что это строение вполне может характеризоваться как домик садовника. Мёрфи заглушила мотор, не доезжая до дома сотни две ярдов, и остаток пути мы проехали по инерции, под негромкий хруст шин по гравию. Она остановила мотоцикл, и мы с минуту сидели в тишине.
– Ты видишь где-нибудь пещеру? – спросила она меня.
– Никакой, – ответил я. – Но не можем же мы ждать Лару до бесконечности.
– Есть мысли насчет того, как найти ее? – поинтересовалась Мёрфи.
– Угу, – кивнул я. – Никогда не слышал про ритуалы, которые не включали бы в себя огня, и заклинаний, и каких-нибудь пахучих веществ.
– Господи, Дрезден! У нас нет времени шататься по лесу в темноте, надеясь унюхать эту чертову пещеру. Разве у тебя нет другого способа найти ее?
– С помощью магии? Вряд ли. Не знаю, что нужно делать, чтобы искать пещеры и прочие подобные штуки.
Мёрфи нахмурилась.
– Тогда все это как-то глупо, – сказала она. – С нашей стороны было бы умнее вернуться сюда с подмогой и светом. Ты ведь можешь защититься от этого проклятия, правда?
– Возможно, – кивнул я. – Но то, последнее, вышло чертовски быстрым и сильным, и это все меняет. Медленный мяч я отобью без труда, сколько бы подач ни навешивали. Но даже самый лучший ловец не возьмет несколько мячей подряд, если их подает питчер экстра-класса.
– Как они это делают? – спросила Мёрфи.
– Кровавое жертвоприношение, – ответил я. – Вряд ли что-то другое. В ритуале участвует сам Рейт. – Голос мой дрогнул от жгучей злости. – По этой части у него богатый опыт. Сейчас у него в руках Томас – значит его он и использует для своего проклятия. Рейт собирается обескровить его, чтобы убить меня. Единственный шанс Томаса на спасение – это если я помешаю ритуалу.
Мёрфи со свистом втянула воздух. Она слезла с мотоцикла, достала пистолет и стояла, опустив его к ноге.
– Ох. Ладно. Ты идешь по кругу против часовой стрелки, я – по стрелке. И нюхаем.
– Блин! Ну и идиот же я! – Я прислонил все еще продолжавший светиться посох к мотоциклу и потянул с шеи серебряный амулет. – Это мне мать в наследство оставила. И у Томаса похожий – тоже от нее. Она связала их магически, так что, когда каждый из нас касается своего, выходит что-то… вроде психической голосовой связи.
– И что из этого? – не поняла Мёрфи.
Я намотал цепочку на указательный палец обожженной руки, чтобы амулет свободно свешивался с него.
– Только то, что я могу использовать эту связь и найти второй амулет.
– Если он у него с собой, – заметила Мёрфи.
– Должен быть с собой, – отозвался я. – Со вчерашней ночи он не должен был его снимать.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю, и все, – буркнул я. Я поднял правую руку ладонью вверх и постарался сосредоточиться на ней. Я нащупал связь – канал, через который заклятие моей матери связывало нас с Томасом, и послал туда небольшой заряд воли, пытаясь немного расширить его. – Верю я в это.
Амулет дернулся на цепочке и потянулся куда-то влево, в ночь.
– Не отставай от меня, – сказал я и шагнул в том направлении. – Слышишь, Мёрф?
Ответа не последовало.
Мои инстинкты забили тревогу. Я опустил руку с амулетом и оглянулся, но Мёрфи не увидел.
Прямо за моей спиной послышался сдавленный звук. Я повернулся в его сторону и увидел лорда Рейта – тот стоял, одной рукой охватив Мёрфи за шею и зажимая ей рот, а другой приставив ей к ребрам нож. На этот раз он щеголял в черном, так что казался этой осенней ночью тенью, только ухмылялся бледный череп и блестел очень большой нож.
– Добрый вечер, мистер Дрезден.
– Рейт, – произнес я.
– Положите посох. И амулет. И браслет тоже. – Он чуть сильнее надавил на нож, и Мёрфи со свистом втянула воздух ноздрями. – Быстро.
Черт. Я уронил браслет, посох и амулет в траву.
– Отлично, – улыбнулся Рейт. – Вы не ошибались, говоря, что Томас не расставался со своим амулетом. Я обнаружил его у него на шее, когда срезал с него рубаху, чтобы заковать в цепи. Я был уверен в том, что вы побоитесь использовать столь очевидно направленное средство в месте, где сосредоточено столько магии, однако на случай, если ошибался, я пустил в ход свое собственное поисковое заклятие. Я следил за вами с момента вашего прибытия.
– Должно быть, вы очень довольны собственной сообразительностью, – буркнул я. – Так вы перейдете к делу?
– Разумеется, – сказал он. – Станьте на колени и заложите руки за спину.
