После этого он развернулся и ушел, оставляя нас вдвоем. Даже не напомнил сыну, что стоит держать себя в руках, и рассуждений о том, как испортит его репутацию бастард, мы тоже не дождались. Кажется, Рой был этому удивлен не меньше, чем я.
Какое-то время мы стояли молча. Пальцы учителя скользили по моим волосам, и от этого неумолимо клонило в сон. Кажется, разбудили меня рано, организм не успел восстановиться после обретения полного круга.
— Едем домой, — внезапно сказал Рой. — Я сыт своими родственниками по горло. Думаю, они нами тоже.
Я оглянулась на дверь, ведущую в зал, и пробормотала:
— Следует попрощаться…
— Обойдутся, — отрезал учитель. — Идем.
Мы спустились в сад и побрели по дорожкам в ту сторону, где нас ждала карета. Но покинуть праздник незамеченными сегодня нам было не суждено. Стоило нам повернуть за угол дома, как из-за ближайшего куста вышел Герберт ре Айштервиц. От его улыбки меня передернуло. Ару резко остановился, я держалась за его плечом.
— Что тебе нужно? — спросил он у Герберта.
Тот весело ответил:
— О, сущий пустяк. Хочу поздравить тебя и твою невесту с обручением…
В его руках возникла уже знакомая шкатулка. Как и ожидалось, топазы снова жаждут воссоединиться со мной. Что же он на них навесил?
Тем временем блондин продолжил:
— А еще у меня есть деловое предложение…
Я почувствовала напряжение Роя, но обрывать бывшего друга он не стал. Теперь мы оба в ожидании смотрели на ре Айштервица и молчали.
Герберт оглядел наши напряженные фигуры и усмехнулся:
— Это всего лишь подарок, и очень полезный.
— Чем? — процедил Рой. — Что ты навесил на это ожерелье, что так желаешь вручить его Ариенай?
— О, вешал не я, — неожиданно легко признался он. — Это подарочек от Шендана. Я передаю его вам в знак нашей дружбы. А еще у меня есть маленькое предупреждение для Ариенай, как жест доброй воли.
Я подозрительно оглядела шкатулку и фыркнула:
— Бедный Лиор. Стоило ему уехать из Эйенкаджа, как огненные один за другим выгодно продают мне его секреты. И что у тебя за деловое предложение?
— Достань мне одну вещь в Инрешваре. А я расскажу тебе о том, чего стоит опасаться. Точнее, кого.
С этими словами он выразительно посмотрел на моего учителя. Точнее, ему на грудь. Туда, где под слоями одежды скрывалась адская метка. А затем перевел алчный взгляд на меня. “Улыбайся тем, кто попытается тебя сожрать”… Напутствие Эйдена снова оказалось как нельзя к месту.
Я одарила ре Айштервица улыбкой и сделала шаг к Рою. Вскинула голову, оглядела его побелевшее лицо, стиснутые зубы… А затем положила ладонь ему на грудь. Он вздрогнул от этого прикосновения и накрыл мою руку своей. Я повернулась к Герберту и увидела, как на его лице медленно поступает понимание. Он недоверчиво спросил:
— Ты… Ты все знаешь?! Знаешь и все равно…
Его голос оборвался. Ему понадобилось не меньше минуты, чтобы справиться с изумлением. Наконец, Герберт ухмыльнулся и обратился ко мне:
— Что, решила подобраться к нему поближе, чтобы убить наверняка?
На несколько мгновений я потеряла дар речи. Ре Айштервиц воспользовался моей заминкой и повернулся к Рою:
— Неужели ты думаешь, что девушка из вражеского рода, которая знает обо всем, останется с тобой из-за любви? Я даже предположить не мог, что ты такой идиот. Что ж, такой участи ты и заслуживаешь. Когда эта красотка воткнет нож тебе в сердце, ты, наконец, избавишься от страданий, Рой. А мир — от тебя.
Пламя взметнулось за спиной моего учителя, и его бывший друг вынужден был отступить. И первый раз я не боялась этой стихии. Все силы уходили на то, чтобы сдержать рвущуюся изнутри магию. Мне точно так же хотелось раздавить человека, который стоял перед нами.
Герберт ухмыльнулся и спрятал шкатулку за спину. А потом холодно произнес:
— Тебе лучше дружить со мной, Ариенай. Скоро ты это поймешь. Помни, что я всегда готов к сотрудничеству.
С этими словами он направился прочь. Ару дернулся, чтобы пойти за ним, но я не позволила. Прильнула к нему всем телом, обняла и попросила:
— Не сейчас. Не время и не место. Он может выдать твою тайну, и у нас будут проблемы.
Какое-то время мы продолжали стоять, и Рой остервенело гладил мои волосы. Даже эти резкие прикосновения были приятны и навевали умиротворение, так что меня неумолимо начало клонить в сон. Я зевнула и попросила:
— Может, поедем?
Учитель медленно кивнул, взял меня за руку и повел дальше по тропинке. Но дойти до кареты мы снова не успели. Из темноты раздался голос:
— Куда собрались?
Я вздрогнула и обернулась. Юлиус Ару вышел на свет и мрачно оглядел сначала меня, а затем своего сына.
Рой сжал мою ладонь и процедил:
— Домой.
Ару-старший немного помолчал, а затем, скрипнув зубами, предложил:
— Вы можете остаться здесь.
Я удивленно воззрилась на него. Мне послышалось, или он сказал “вы”? Судя по его недовольному взгляду — не послышалось. Но Рой отрезал:
— Нет. Мы возвращаемся.
