Когда рассказ был окончен, в комнате воцарилась гробовая тишина. Клаудия ждала, что Гай отпрянет, как только оправится от ужаса, или выразит свое отвращение каким-нибудь другим способом. Но в то же время, возможно, ему все равно, что церковь считает ее незаконнорожденной, и перед свадьбой ей придется лишь исповедаться священнику. Если свадьба состоится. Она заставила себя взглянуть на него. Увидев застывший взгляд Гая, Клаудия похолодела. Слабая надежда, что он все еще хочет быть с ней, исчезла без следа. Гай продолжал всматриваться в ее лицо, как будто пытаясь в нем что-то отыскать.
Протянув руку, он провел ладонью по мертвенно бледной щеке Клаудии.
- Неужели ты не оплакиваешь своих родителей и братьев?
- Слезы - знак слабости. Я научилась скрывать их.
- И все же из-за меня ты плакала.
Она опустила глаза, не в силах больше глядеть ему в лицо.
- Я... Мне кажется, когда речь заходит о вас, я тут же теряю голову.
- Твои слезы причинят мне боль, но я не хочу, чтобы ты страдала, пытаясь их скрыть. Теперь в этом нет никакой нужды. - Прежде чем Клаудия успела понять, что происходит, Гай уже заключил ее в свои объятия. Его поцелуй был чист и нежен. - Ты ожесточилась, чтобы выжить, и привыкла во всем полагаться лишь на одну себя. Я угадал?
- Почти, - прошептала она. На самом деле, никогда еще Гай не был так близок к истине. Клаудия никак не могла понять, откуда в нем эта нежность. История их семьи должна была навсегда оттолкнуть его. - Вы понимаете, что многие считают меня незаконнорожденной, дочерью убийцы?
- Конечно. - Гай, казалось, был озабочен этим не больше, чем сообщением, что к вечеру может пойти дождь.
- Значит, вы уже отказались от этой сумасшедшей мысли о женитьбе? Сжав губы, Клаудия с замиранием сердца ждала ответа на свой вопрос.
- Вовсе нет. - Его голос прозвучал достаточно твердо, чтобы заставить Клаудию, отодвинувшись, взглянуть Гаю в лицо.
- Барон не может взять в жены незаконнорожденную, - проговорила она. Только если это дочь самого короля. Вы... Почему вы смеетесь?
- Из-за того, как ты подбираешь слова. - Склонившись над ее лицом, он поцеловал ее так крепко, что Клаудия на секунду забыла об этой улыбке, впрочем, как и обо всем остальном. Оторвавшись от губ девушки, Гай приложил к ним палец, как будто стараясь запечатлеть свой поцелуй навечно. - Мне все равно, кем тебя считают люди, я ведь знаю, какая ты на самом деле, как знаю, кем ты станешь, и очень скоро. Никто не осмелится обращаться к тебе иначе, как "баронесса".
- Почему вы так настойчиво говорите о женитьбе? - прошептала Клаудия. Ведь не можете же вы хотеть породниться с теми, кто остался в моей семье. Мое приданое ничего не стоит, ведь вы и так почти что его владелец, а ожерелье - все, что у меня осталось, - не сделает вас богаче. И все же вы продолжаете настаивать. Почему?
- Неужели ты не догадываешься?
Клаудия вздохнула, едва не доведенная до отчаяния.
- Да ведь я только что сказала, почему не могу этого сделать. Единственное, что осталось - низменная страсть, но и это отпадает, ведь вы знаете, что я и так ваша, и вовсе не из-за надежды стать вашей женой.
- В самом деле? - В голосе Гая сквозило изумление, хотя он и старался сохранять невозмутимое выражение лица. - Ты готова утолять мою страсть по собственной воле?
- И кто же теперь передергивает? - Клаудия дотронулась до его плеча. Так вы скажете мне, в чем настоящая причина?
- Хмм. - Гай задумчиво посмотрел на нее. - Думаю, не стоит. Мне кажется, сейчас это было бы не самым мудрым решением. Клаудия, ты ведь говорила, что знаешь меня достаточно хорошо, так что скоро сама найдешь ответ.
- Вам нужен наследник? - Еще одна попытка, и снова верится в это с трудом. - За барона пошла бы любая. И вовсе не нужно жениться именно на мне, чтобы обзавестись наследником.
- Возможно, я хочу, чтобы у него были зеленые глаза, - поддразнил ее Гай. Взяв Клаудию за руку, он прижал ее к груди. - Вот где лежит разгадка. Здесь именно то, что ты ищешь.
- Я найду ответ, дотронувшись до вас? - разочарованно спросила Клаудия. - Так, значит, это все-таки желание.
В ответ Гай лишь улыбнулся и покачал головой.
- Тебе нравится прикасаться ко мне?
- Я же уже говорила, что очень, - отозвалась она, пораженная столь внезапной переменой в облике Гая. Отстраненное выражение его глаз исчезло, уступив место взгляду, который нравился ей больше всего на свете. Вместо того чтобы разгневаться на нее, он лишь улыбался и поддразнивал. Да, этого человека ей не понять никогда.
Пальцы Гая тянулись к завязкам платья.
- Знаешь, мне тоже приятно к тебе прикасаться.
- Что вы делаете?
- Хочу взглянуть на тебя. - Склонившись над полулежащей Клаудией, он освободил другую руку, чтобы ленты наконец поддались.
Одно лишь ощущение его тела рядом заставило девушку затрепетать. Даже звук его голоса пробуждал в ней немедленный отклик.
- На всю твою красоту.
Клаудия попыталась отвести его настойчивые руки, но Гай лишь отмахнулся, словно не заметив этого. Оставив бесплодные попытки отодвинуться, она сжала его лицо руками.
- Неужели то, что я рассказала, не играет никакой роли?
