Я выдохнула и опять посмотрела на часы.
— Очень симпатичный мальчик. Надеюсь, ты не разочаруешься. Прости, милая, мне надо идти.
Я попрощалась с ней, обняла и поцеловала в обе щеки.
После передачи флэшки облегчения не наступило. Казалось, я сделала что-то мерзкое и неприятное. И губы жгло после мерзких поцелуев Димы. Как он мог мне нравиться? Он отвратительный слизняк. И мне до безумия хотелось домой. К Максиму. Сказать, что я передумала, и мы заберем Таю домой.
Хочу увидеть его, убедиться, что все хорошо. Я быстро поднялась по ступеням, распахнула дверь кабинета и глубоко вздохнула. Максима там не оказалось. Поблескивал экран монитора, и все еще дымилась сигарета. Я пошла в спальню, толкнула дверь. Тишина и полумрак. Решила вернуться обратно в кабинет и дождаться его. Ноутбук был все еще открыт, и я подошла к столу, наклонилась вперед, рассматривая заставку — на ней нас трое. Мы где-то все вместе на берегу моря. Счастливые, улыбающиеся. Теперь все точно наладится и изменится. Позади раздался шорох, и я обернулась. Мое дыхание участилось. Мой муж стоял позади меня, облокотившись о косяк двери. У него был странный взгляд, непроницаемый. Он слегка прищурился, осматривая с ног до головы.
— Как быстро вернулась. Опять по мне соскучилась?
Я кивнула и улыбнулась, но он не улыбнулся в ответ. Закрыл кабинет изнутри на ключ.
— Ну что, расскажешь, как прошла встреча с Кариной?
Я несколько раз моргнула, еще не придавая значения странному звучанию его голоса. В нем были совсем иные нотки.
— Располагайся поудобней, — кивнул в сторону кресла, а сам налил себе виски и положил в стакан лед, — поделишься, что рассказывала Карина?
Я присела на кожаное кресло, еще не понимая, почему мне так тревожно и что именно меня пугает.
— Все хорошо. Она познакомилась с парнем. Кажется, даже влюбилась.
Остановился напротив меня, широко расставив ноги.
— Этим вы занимались весь вечер?
— Чем?
— Обсуждали ее парня?
Я кивнула, а Максим забрал у меня сумочку, обошел кресло и стал позади меня. Его горячие ладони легли мне на плечи. Приятно принялись разминать их и потирать затылок. Я даже разомлела от касания его пальцев. Тревога начала отступать, и я прикрыла веки.
— Так значит, скучала по мне, да?
— Мммм, очень сильно, невыносимо скучала.
Его пальцы запускали ворох мурашек по моей коже, и дыхание начало прерываться от предвкушения, что он на этом не остановится.
— Серьезно?
Пальцы гладят мою шею нежно и вкрадчиво.
— Тебе уже лучше. Желудок не болит?
— Нет.
Мягко улыбаясь, и вдруг ощутила дикое напряжение во всем теле, и ласкающая мое горло рука схватила меня за волосы на затылке, мгновенно до дикости больно дернула назад. От неожиданности и острого жжения в корнях, мои глаза широко распахнулись, и на них навернулись слезы. Я не говорила ему… я говорила Карине… О Боже…
Ощутила, как губы Максима прижались к моему горлу, к бешено пульсирующей венке и прошлись по натянутым мышцам кончиком языка.
— Мне больно, — тихо прошептала я.
— Больно? — переспросил, покусывая мою кожу на затылке, но не ослабляя хватку.
— Очень… — пальцы слегка разжались, поглаживая зудящие корни.
Может быть, Карина сказала, что я плохо себя чувствую. Да, скорее всего. Но почему тогда в его голосе не было заботы? Почему он так больно сжал мои волосы?
— Я не хотел причинить тебе боль, любимая… Я хотел всего лишь спросить, насколько ты счастлива со мной здесь? Ты чувствуешь мою любовь к себе?
Я кивнула и медленно выдохнула. Может, это опять какая-то ревность.
— Деньги… тебе хватает денег, драгоценностей, подарков? Ты в чем-то нуждаешься?
— О нет… ни в чем, — искренне выдохнула я и задрала голову, чтобы увидеть его лицо, — я нуждаюсь только в одном — в тебе.
В эту секунду его рука сдавила самое горло с такой силой, что у меня глаза вылезли из орбит и кислород перестал поступать в горло.
— Антон, — крикнул и тут же распахнулась дверь, но я не видела, кто вошел. Я пыталась оттянуть его руку, сдавливающую мне горло так, что начало темнеть перед глазами. И я видела его лицо, видела почерневшие радужки и стиснутые челюсти. Страх вспыхнул под кожей и рассыпался по всему телу адреналином.
Я начинала понимать. И от каждой мысли, которая приходила мне в голову, я понимала все сильнее и ужасалась масштабам того, что может произойти. Можно подумать, я знала… я могла только предполагать.
— Поверни к нам ноутбук и нажми на пуск. — ослабил хватку и наклонился к моему уху, — сейчас мы посмотрим, как и для чего ты нуждалась во мне, Дашааа.
Я посмотрела на его лицо такое ослепительно идеальное, до боли в груди. Что я чувствую? Не знаю, что-то очень мощное, завораживающее, парализующее мою волю. Былое чувство, словно каждое слово может погрузить меня в зыбучие пески, вернулось. Как я могла считать, что не боюсь его?
"Он ловко манипулировал тобой, он дал тебе уверенность, он заставил расслабиться и позволил не бояться."
На экране я увидела себя, прокравшуюся в кабинет и включающую компьютер, вставляющую в него флэшку. От ужаса сердце чуть не выскочило из груди.
— Это не то, это… я все… я объясню.
