— Егор Ильич, остановитесь! — велел Ролан, подавая охраннику знак.
— Стоять! — раскинув руки, потребовал тот.
Но Столяров резко поднырнул под правую руку, ловко зацепив ее. Парень дернулся, пытаясь схватить его, но рука уже оказалась в захвате. Столяров толкнул охранника, придавая ему вращение по часовой стрелке, а руку закрутил в обратную сторону.
Закрутил ее за спину и вверх, поставив охранника на колено. И тут же бросил его, со всех ног рванув к парадной лестнице.
— Стой! — Ролан бросился за ним.
Он понимал, что не имел права задерживать подозреваемого, но все же мчался за ним во весь опор. Но Столяров был и моложе, и сильней. И как спускаться по лестнице, перемахивая через перила, он хорошо знал. Ролан не поспевал за ним.
На выходе Столярова попытались перехватить, к нему бросились сразу два охранника, но из этого ничего не вышло. Столяров свернул к ресторану, в котором имелся служебный выход, там его задерживать было некому. Там его мог догнать Ролан, но ему для этого не хватало скорости. Когда он выскочил из ресторана, Столяров уже растворился в ночи.
Бодрая, вдохновляющая музыка, пьянящий мужчина, хмельной коктейль — все условия, чтобы расслабиться и получать удовольствие. Но раскрепоститься не получалось, сознание колола острая мысль. Похоже, Чистяков поверил Полине, переключился на любовника Маркушиной, да и Максим отвел от нее подозрения. Но спокойно плыть по волнам курортного настроения не получалось. Вдруг ей все же предъявят обвинение, а это следственный изолятор, суд, тюрьма. У Полины дети, попробуй им объяснить, что мать не убивала. В школе в них будут тыкать пальцем, упрекая матерью-уголовницей.
— Что-то ты невеселая, — заметил Максим.
Он пытался развлекать ее, шутил, балагурил, но Полина реагировала вяло, и это ему не нравилось. Он откровенно заскучал и, чтобы хоть как-то развеселить себя, посматривал на девушек за соседним столиком. И откровенно пялился на смазливую официантку в юбке из пальмовых листьев, все пытался заглянуть ей в декольте.
— Извини, в голове такая свалка, — вздохнула Полина, веером раскинув пальцы у самого виска.
— Не переживай, нормально все будет. — Максим приложил ко рту ладонь, как будто собирался украдкой зевнуть.
— Спасибо тебе.
— Спасибо, извини… — не зло передразнил он. — Мы же не в офисе, не на совещании… Давай, за хорошее настроение!
Максим поднял свой бокал с коктейлем, но чокаться не стал, сделал пару глотков и вернул на место.
— Да настроение нормальное, — вымученно улыбнулась Полина.
И чтобы подтвердить это, осушила свой бокал до дна.
— Настроение должно быть хулиганским! — подмигнул ей Максим. — Начудить что-нибудь… В омут головой, например.
— Как Маркушин? — настороженно глянула на него Полина.
Он укоризненно усмехнулся. Зациклилась она на Маркушине, все мысли вокруг убийства, нельзя так.
— Как его соперник. В делах сердечных… Муж в горы, а любовник в постель к его жене.
Похоже, Максим имел в виду именно этот омут. Но любовник Маркушиной должен был нырнуть в одну постель, а он — в другую, к Полине.
— С головой? — уточнила она.
— Голову можно и потерять, — лукаво улыбнулся Максим.
— Она уже у меня в сумочке, — подыграла ему Полина.
Она давно уже не девочка, и постель с мужчиной ее не пугала. Даже если Максим окажется такой же сволочью, как и все другие ее красавцы. В конце концов, она в отпуске — с правом на безобязательный курортный роман.
— Тогда я просто обязан тебя проводить в номер за ручку… Или лучше ко мне?
— Или лучше пойдем. — Она кивком показала в сторону отеля.
Максим подозвал официантку, расплатился, подал Полине руку, помог подняться. И нежно, возбуждающе провел рукой по спине прежде, чем подставить локоток.
Они подходили к отелю с моря, а со стороны автостоянки к ним приближался Чистяков. Запыханный, взмыленный, возбужденный. Полина напряглась, глядя на него. Вдруг он шел, чтобы отбить ее у Максима. Мало ли, вдруг у мужчины развился горячечный бред на фоне служебной и сексуальной неудовлетворенности?
— Ролан Борисович, у вас проблемы? — спросил Максим, насмешливо глядя на него.
— Проблемы? — задумался Чистяков.
Казалось, он только сейчас заметил и Максима, и Полину. Он тяжело дышал и, останавливаясь, слегка согнулся в поясе, как это делают бегуны за финишной чертой.
— Вид у вас такой, как будто вы за вчерашним днем гнались, — усмехнулся Максим.
— Вообще-то за сегодняшним.
Чистяков уныло глянул на Полину, как будто только сейчас понял, куда и зачем она могла идти.
— Догнали?
В руке у Чистякова зазвонил телефон, он подал Максиму знак немного подождать и поднес трубку к УХУ — Да, звонил… — кому-то сказал Ролан Борисович. — Уехал Столяров. Сел в машину и уехал…
Максим качнул головой, глядя на него. Не волновал его какой-то Столяров, и сам Чистяков не интересен. Именно это он и дал понять, увлекая Полину к парадному входу в отель. Ему не терпелось поскорее уложить ее в постель.
