— Голова могла закружиться. С головой у него что-то неладно было. Но почему тогда Столяров не свалился вместе с Шаниным, когда его толкал?
— Значит, все-таки Полина, — с осуждением глянув через плечо, вздохнул Максим. — Если Столяров с Маркушиной не при делах, значит, Полина… Только учти, я ее в обиду не дам! Не получите вы ее с Асатуровым?
Он протянул к Полине руку и мягко коснулся ее плеча.
— Я не говорил, что Столяров с Маркушиной не виновны! — возмутился Чистяков.
— А я говорю. Как по тебе, так Полине лучше в тюрьме быть, чем со мной, да?
— У тебя словесный понос! — резко сказал Чистяков.
— Надо будет, скажу, что был вчера ночью у белой скалы, — продолжал Максим.
— А ты там был?
— Камера этого не подтверждает. Но я же мог через окно, через балконы, по пожарной лестнице!
— Мог.
— И морем, по руслу реки…
— Или через парк. И через забор.
— Через парк?
— Спускаешься по лестнице, переходишь дорогу, там сразу парк, а за ним забор. И тропинка, которая выводит к реке…
— Откуда ты знаешь? — В голосе Максима прозвучали обличительные нотки.
— Да вот, прошелся сегодня по маршруту.
— Без меня?
— Без тебя!
— Вчера ночью?
— Сегодня днем!
— А где ты находился вчера ночью? — спросил Максим.
— В своем номере.
— В своем номере находился я. И Полина может это подтвердить.
— Я могу это подтвердить? — Полина возмущенно глянула на Максима.
Ничего страшного, если она провела ночь у него в номере, но зачем врать?
— Ты же открывала вчера окно в мой номер?
— Я открывала? — Полина ощутила себя воровкой, которую поймали за руку.
Но поймали не сегодня, а вчера. Ее охватило вчерашнее чувство стыда, лишенное сегодняшней свежести. Не очень сильное ощущение, но неприятное.
— Открывала, — спокойным тоном подтвердил Максим.
— И что?
— Ты потом куда-то ушла, я видел.
— Куда я ушла? — пожала плечами Полина. — Прогуляться захотела.
Она помнила, как убегала от возможной встречи с Маркушиной, представляя, как эта стерва кричит на нее. И она действительно открывала окно, за которым при включенном телевизоре находился Максим. Один он там находился или с Маркушиной, но в момент преступления у белой скалы он находиться не мог… Да она его в общем-то и не подозревала.
— К белой скале могла.
— Могла, но дошла только до развилки… Куда я дальше на каблуках?
— Так никто тебя ни в чем не винит… — Максим снова мягко коснулся ее плеча. — Ну, если только некоторые…
Он повернул голову и с едкой усмешкой глянул на Чистякова. Их взаимная пикировка могла разгореться с новой силой. Пикировка за право обладания Полиной. И ничего возбуждающего в этом она не видела.
— Все, хватит!.. Я хочу домой!.. Я хочу в номер… И никто не будет меня охранять! Никто!
— Я буду рядом, за стенкой, — сказал Максим.
И снова протянул руку, чтобы коснуться ее плеча. Но Полина отстранилась, не позволяя притронуться к себе. И уже тогда осознала, что ей неприятно слышать его голос.
— Да замолчишь ты!
— Это нервы, — вздохнул Максим.
Полина повернулась к окну, глядя на подступающий к дороге лес под звездным небом. Машина шла через горы, спускаясь к морю. И не возникало никакого желания бродить по темноте в поисках приключений. Принять бы душ и завалиться спать — большего удовольствия ей и не нужно. А завтра, возможно, Максим снова сможет взбудоражить ее воображение.
Максим правильно все понял, всю дорогу он молчал. И провожая ее к номеру, не лез в душу. Ни о чем не спрашивал и Ролан, он просто шел рядом, провожая до лифта. Выглядел он устало и, казалось, совсем не прочь был отдохнуть в полном одиночестве.
К себе он и отправился, а Максим проводил Полину до ее номера.
— Если вдруг что, стучи в стену, — сказал он.
Он всего лишь замедлил шаг, но не остановился, чтобы пожелать ей спокойной ночи. И при этом глянул на нее с надеждой. Вдруг она, осознав разом все свои ошибки, потянется за ним, как стальная монетка за магнитом. И звонко пристыкуется к нему за дверью его номера. Но его тайные надежды не оправдались. Интрига, если он ее и создавал, не удалась. Полина зашла в свой номер, даже не пожелав ему спокойной ночи. Она злилась не столько на него, сколько на себя. Она сама виновата в том, что из-за Максима ее считали здесь дамой легкого поведения. Но ведь из-за него. И из-за Ролана…
Первым делом Полина позвонила маме, поговорила с ней, разумеется, умолчав о своем первом тюремном опыте. Зачем, если все уже позади? Чистяков, может, и сомневается в ее невиновности, но Столярова нашли в женском парике, это должно снять все вопросы. Не зря же Асатуров освободил Полину. Завтра она еще раз поговорит с ним и вернется к себе в номер. А как только отпадут все вопросы, она первым же рейсом отправится домой. Хватит с нее приключений!..
Полина приняла душ и с удовольствием нырнула под одеяло, накрывшись с головой. Так она спряталась от проблем, которые завтра снова навалятся на нее всей тяжестью. Только крепкий сон поможет ей подготовиться к новому дню. Она это понимала, может быть, именно поэтому не смогла заснуть.
