– И вы думайте, – разрешил поп.
– У меня есть маленькое дополнение, – сказала тень барина. – Вы кончаете свое послание: Матрена Крынкина. По-моему, так не пишется. Нужно кончать «Целую ручки», «Жму пальцы» или как-нибудь иначе. В противном случае послание получается сухим и невежливым. А вежливость – долг каждого вежливого человека. Пишите: «Целую ручки».
– Так это же заявление, – возразил поп.
– От этого дело не меняется, – спорила тень. – Пишите, как я советую. Я знаю, что я советую.
– Но теперь так не пишут, – сказал поп, – теперь пишут по-новому.
– По-новому! – закричали верующие. – Мы вот тебе покажем по-новому, мы не хотим по-новому. Мы хотим по-старому. Пиши, как барин сказал. Он худому не научит.
– Целую ручки? – спросил поп.
– Целую ручки, – ответили верующие.
«Целую ручки, – приписал поп, – Матрена Крынкина».
И, боясь других подобных же дополнений, ловко закрыл собрание, спросив:
– Принято?
– Принято, – сказали верующие, подняв каждый по руке, но с тремя сложенными для креста пальцами, чтобы отличаться от советского собрания.
– Аминь, – сказал поп и закрыл на замок дверь церкви.
Аминь.
Собрание ячейки ВКП(б) под жужжание пчел, совещание среди цветов, на ходу, и доклад передвигающегося докладчика, переходящего от улья к улью. На повестке сегодня – пчелы. И это собрание походит на обыкновенное собрание не больше, чем работа в поле на описание работы. Здесь теория сопровождается практикой. Они переплетаются, и никто не знает, где кончается теория и где начинается практика. Теория и практика едины. И слова сопровождаются делом, так что трудно отделить слова от дела. И слово и дело едины. Молодцев делает доклад. Он мало говорит, много показывает и еще больше делает. Кажется, что он не говорит, а работает, так он говорит. И собравшиеся не только слушают и спорят, они помогают ему. Это собрание напоминает субботник.
– Итак, о пчелах, – говорит Молодцев, – те из вас, которые изучали историю, помнят, что наши предки славяне наибольший доход получали от разведения пчел. Они платили дань медом, торговали медом и воском, жили медом, короче говоря, они были пчеловоды прежде всего, а все остальное потом… Очевидно, дело не только в количестве пчел, но в качестве пчел и умении, квалификации пчеловодов. У нас нет еще этого умения. Но мы учимся, и мы – научимся. У нас очень плохие породы пчел. Нам нужно заменить плохие породы хорошими. Как мы улучшали породу скота, так же мы должны улучшить пчел. Даже не так, а еще интенсивнее, потому что пчела выгоднее коровы…
Хохот прерывает его.
– Молодцев, ври, да не завирайся.
– Я не вру.
– Пчела дает меду больше, чем корова молока. Так по-твоему? Ври! Ври!
– Товарищи, вы его не поняли, – заступился кто-то за Молодцева. – Он не врет, а шутит. Чтобы развеселить нас, рассказал нам маленький анекдот.
– Это не анекдот!
– Ха-ха! А что же? Или в самом деле пчела выгоднее коровы?
