Продолжение первой части. Месяц тишины и покоя для Эл и Гермионы в Хогвартсе подходят к концу. Война приближается. Новый-старый враг и неожиданные союзники.
Рождество. Какие ассоциации вызывают у вас это слово? Санта, подарки, ожидание чуда, предвкушение веселья в кругу семьи, тусовки с друзьями, наступление некоего приятного праздника? Да, если вы нормальный человек, разумеется. У меня же с этим волшебным днем ничего хорошего не связано. И этот умопомрачительный год также не стал исключением. Хотя, казалось бы, внезапно я оказалась в кругу самой настоящей, блин, магии, о которой мало кто вообще в курсе. И я уже, как бы это сказать, успела привыкнуть. А ведь прошло всего четыре месяца с тех пор, как я познакомилась с магической стороной мира, пусть и в самый разгар не самого веселого исторического периода. Но ладно, давайте на один день оставим все тяжелые мысли на потом, праздник как никак. Попытаемся втянуться в атмосферу, так сказать.
Рождество в Хогвартсе встречали… Нормально, что ли. Сойдет. До заветного дня оставалась неделя, и обитатели вовсю готовились к празднику. Старинный замок украсили свечами, летающими фонарями и прочими декорациями, которые не выбивались из средневекового антуража, каким бы он ни был в их представлении. Сомневаюсь, что в те времена было что-то подобное. Когда на дворе буйствует чума, голод и война, совсем не до веселья. В коридорах оживились картины с их извечными жителями и призраки, конечно же, тоже не остались в стороне, принарядившись в свои самые изысканные одеяния, которые соответствовали тому духу времени, когда они еще жили. Я так и не поняла, это только маги становятся призраками после смерти или что? Непонятно.
В гостиной факультета и в главном зале играла незатейливая музыка из заколдованных инструментов. Как мне подсказала знаток сей области Эльси, с нотками классики. Что-то в последнее время мне стала нравиться такая «древняя» музыка. Раньше за собой не замечала такого. Хм. Видимо, старею. Ну не суть. Несмотря на то, что за стенами идет война, о которой не принято говорить, студенты и коллектив не оставили желания насладиться праздником. Даже Слизеринцы, что меня удивляет. Впрочем, они ведь тоже люди, хотя и пытаются казаться кем-то другими.
За неполный месяц проживания вместе с ними под одной крышей у меня создавалось стойкое ощущение, что все они словно актеры-заложники одной роли. С вечно каменными лицами, надменными взглядами, ровными осанками, повадками и манерами как у типичных капризных снобов, коим всё дозволено. Некоторые из них проявляли в этом излишнее усердие, что добавляло только комичности.
Для меня, человека из черни, это вызывало лишь смех. Я всеми мыслями была далека от обыденной социальной жизни и это не могли не заметить мои сокурсники. Стоит ли мне говорить, что я так ни с кем и не подружилась? Думаю, нет, всем и так очевидно. Притом даже с моими соседками по комнате не могу общаться по-человечески. Да и честно, не особо есть желание. Что тут добавить? Скажите «спасибо», хоть не дерусь с ними каждый день. Пожалуй, это было бы слишком, к тому же я должна вести себя как можно тише, не вызывать подозрения. Интересно, а нас до сих пор разыскивают или уже забили? Что-то я листовки давно не видела. Думаю, Гермиону уж точно вряд ли оставили в покое как одну из числа «врагов № 1» а я то так, случайный листочек примазавшийся сюда по ветру.
Что касаемо постижения волшебства, а я действительно горю желанием освоить магию как можно скорее, здесь дела шли ни шатко, ни валко. Представляла себя в битвах, постоянно прокручивала в голове, как вообще сражаться с волшебниками, вспоминая то, что уже пережила и поражалась, как меня еще не прокляли до смерти. Разве это так трудно даже для волшебника средней руки? Или это мне просто так везло пока что? Хм, тут стоит призадуматься. К моим размышлениям иногда подключались мои другие «я». Помимо уже «главной», то есть Эльси, которая не особо интересовалась настоящим миром, особо активничать начала новенькая, но весьма пугающая Эймс, которую я зачастую деликатно игнорирую.
В отличие от милой меланхоличной Эльсерафи, Эймс выглядела угрожающе, пусть и не стоит судить лишь по внешности. Её глаза пылали багровым светом, а сама красноволосая постоянно ходила с хищной ухмылкой, как у маньяка, на кукольном личике. Да и одевалась как типичный дворецкий-убийца: черный смокинг, белая рубашка с галстуком. К счастью, они с Эльси не враждовали, вроде даже иногда общались, хотя всегда через меня. Как Эймс упоминала, ей тоже не очень-то здесь и нравится. А столкнулась я с ней случайно. Как выяснилось, пробудилась она ото сна из-за вспышки боли, и обратно заснуть уже не смогла, вот и блуждала по «темнице», резко выкинутая из своей комнаты. Да уж, после того случая с деканом, во мне кое-что явно поменялось. Временами я до сих пор ощущаю фантомные боли, как горят легкие изнутри, как разрываются мышцы по всему телу. Эту агонию трудно передать словами. Пожалуй, последствия от круцио будут со мной еще долго, если не навсегда.
