– Думай, что я тебе сказала! – бессердечно заявила она и захлопнула дверь. Потом тяжело брякнул засов.
Игорь постоял перед запертой дверью, достал сигарету, задумчиво закурил и побрел в направлении троллейбусной остановки.
За его спиной откуда-то сверху раздался свист. Он оглянулся. На балконе второго этажа, прямо над подъездом общаги, стоял и курил Борька Аргунов.
– Добрый вечер, Борис, – сказал Игорь.
– Выгнали?
– Угадай с трех раз, – мрачно предложил Игорь.
– Это я на тебя настучал, – сообщил Борька.
– Спасибо. Ты настоящий друг.
– Ладно, не злись. Лезь сюда, на балкон.
– Я не Ромео, а ты не Джульетта.
– Говорю, не злись. У меня на койке переночуешь.
– Я не склонен к гомосексуализму.
– Я к Надьке уйду на всю ночь.
– И для такой рокировки ты все это затеял? – понял Игорь.
– Естественно.
– Извини, Борис, но тебя не били веслом по голове? Ты не мог мне нормально предложить свои условия ночлега?
– Ты бы все равно не согласился. Что, я тебя не знаю? Ты на Надьку давно косо смотришь.
– Ты плохой окулист, Борис, и еще более слабый мыслитель.
– Давай издевайся еще… Видно было, что ты под нее клинья подбиваешь. Винище даже припер…
– Напиток предназначался Марине Савцовой.
– А тебе какой хер разница – Маринка или Надька?
– Безголового грамоте не обучишь, – печально констатировал Игорь, направляясь к стене. Он закинул на балкон сумку, с трудом влез по выбоинам в кирпичной кладке и сказал: – Конечно, извини меня, Борис, но ты идиот. А я очень устал от идиотов.
Гапонов подкарауливал Нелли, стоя на балконе. Когда Нелли наконец появилась перед общагой, Гапонов выбросил недокуренную сигарету, пошел в блок, где была пятьсот третья комната, и привалился спиной к запертой двери.
Нелли вывернула из-за поворота коридорчика и остановилась, увидев Гапонова. Лицо ее моментально окаменело.
– Привет, – после паузы сказал Гапонов, вынул из кармана руку и протянул Нелли открытую ладонь. – Ключ, – велел он.
– Может, дашь вещи забрать? – спокойно спросила Нелли.
– Ключ, – не двигаясь, повторил Гапонов.
Нелли постояла, глядя на него, достала из сумочки ключ с биркой на кольце и подбросила его вверх по направлению к Гапонову. Гапонов ловко выхватил ключ из воздуха и сунул в карман.
– Вещи твои я онесу на вахту, там и заберешь, – сказал он. – Ключ сдам сам. Вечером заду сюда и проверю: еси что – сех выселю.
– Все? – спросила Нелли. – Можно идти?
– Посой, – сказал Гапонов и надолго замолчал, снова закуривая. – Нрависа так жить? – наконец спросил он.
– Как? – с вызовом спросила Нелли.
– Сама заешь как. Ты от меня в ощаге не спрячеса. Я тя се равно в любой дыре тут найду и выгоню.
– Короче, – сухо поторопила его Нелли.
– Когда дозреешь, приходи. Поселю легально.
– Что-то я не поняла. – Нелли внимательно всмотрелась в лицо Гапонова.
Гапонов поднял на нее насмешливые глаза.
– Будешь давать – будешь жить, – пояснил он. Оба они молчали. Лоб и губы Нелли начали белеть, глаза почернели, а на скулах расцвел румянец бешенства.
– Ну и сука ты, Гапон, – хрипло сказала Нелли.
Ванька договорился с ночлегом у Дениса Маркелова, а Леля – у его подружки Лены Медведевой. Маркелов, подрабатывающий сторожем, получил зарплату и принялся ее пропивать. Леля и Лена посидели у него с полчасика и ушли в свою комнату, а Ванька остался с компанией. Леля забралась с ногами на кровать и взяла книжку. Лена села за стол переписывать шпаргалки.
Через полтора часа в комнату ввалился пьяный, красный, потный Ванька со съехавшей набок бородой, устремился к Леле и рухнул на нее, облапив ручищами.
– Ванька, дурак!.. – воскликнула Леля, махая ногами.
– Лелька, я тебя люблю, давай сейчас же бстись! – ликующе предложил Ванька, целуя ее в вырез кавалерийского халата.
– Ванечка! – вытаращив глаза, закричала Леля.
Лена, продолжая строчить шпоры, высоко подняла брови.
– Ты, Ванечка, хоть бы другим словом сказал, – укорила Леля.
– А я других не знаю. – Ванька засунул голову в ворот халата.
– Меня-то постесняйся, – напомнила ему Лена Медведева.
– Ты же при мне трахалась с Маркелом, – просто сказал Ванька.
– Козел, – кратко ответила Лена.
– Не надо, Ванечка. – Леля, краснея, отпихивала Ваньку.
– Почему? – захныкал Ванька. – Я хочу!..
– Ванечка, ну, мы не одни…
– А она пойдет погуляет.
– Разбежалась я, – фыркнула Лена.
– Ленка, пойди погуляй, а? – попросил Ванька.
– Ванечка, как тебе не стыдно!
– Ты не наглей, Симаков. Не забывай, к кому пришел.
– Я к Лельке пришел, не к тебе.
– Здесь я живу, а не Леля.
– А мне по барабану. Сходи погуляй.
– Ванечка, прекрати!
– А что, ей трудно? Мы с тобой сто лет не трахались!
– Мне до твоих проблем, Симаков, дела нету, – холодно и зло сказала Лена.
– А мне до твоих, – ответил Ванька. – Сходи, пока добром прошу.
– Ни хера себе заявочки! – изумилась Лена. – Ты на что намекаешь?
– Ясный перец, на что. Поди сама, пока не выставил.
– Ванька, я с тобой с таким спать не буду! – закричала Леля. – Леночка, не уходи, ни за что не уходи!.. Ванька, опомнись!
– И что же случится, если не уйду? – ледяным тоном поинтересовалась Лена, разворачиваясь к Ваньке лицом.
– Выкину отсюда. Последний раз прошу, выйди, а то правда выкину, Ленка.
