новых общественных отношений. Уже в недрах феодализма возникают прогрессивные психологические учения; самосознание высвободившейся из феодальных пут личности утверждалось в ожесточенной борьбе с церковно-богословской концепцией души. Отношением к этой концепции определялся общий характер любого учения. В ту эпоху, когда студенты какого-нибудь университета хотели с первой лекции оценить профессора, они кричали ему: "Говорите нам о душе!"
Костры инквизиции не могли истребить освобождающуюся мысль, движимую новыми социальными силами. Грянули буржуазные революции - сперва в Нидерландах, затем в Англии. Общественные потребности произвели переворот в самом способе мышления, для которого руководящим принципом становится опытное изучение и механистическое объяснение природы, включая жизнедеятельность человека.
XVII в. открывает новую эпоху в развитии биологических и психологических знаний. Коренной переворот происходит во взглядах как на тело, так и на душу. Тело предстает в виде машины, устроенной на тех же началах, которые лежат в основе технических конструкций, и, стало быть, так же, как и они, не нуждающейся в регуляции со стороны души. С этой идеей было тесно связано открытие французским ученым Декартом (1596-1650) рефлекторной природы поведения. Великий французский мыслитель предположил, что, подобно тому как работа сердечной мышцы управляется внутренней механикой кровообращения, работа всех других мышц на всех уровнях поведения подобна перемещению стрелок часового механизма.
Так зародилось понятие о рефлексе как закономерном ответе организма на внешнее воздействие. Декарт доказывал, что мышца способна отвечать на внешние толчки и без всякого вмешательства души, в силу самого устройства нервной системы. Ведь не относим же мы за счет души движение часового механизма или светового луча, отражающегося от поверхности. Животные также являются своего рода механизмами, а процессы в нервах отражаются от мозга к мышцам подобно отражению светового луча (латинское слово "рефлекс" означает отражение).
Произведя настоящую революцию, этот взгляд стал компасом объективного познания нервно-мышечной деятельности. Из действий своей "нервной машины" Декарт попытался вывести как можно большее количество психических явлений, до того считавшихся присущими душе. Он объяснил, как могут возникать ощущения, ассоциации, страсти. Однако распространить свою рефлекторную схему на всю психическую деятельность он не сумел. На равных правах с рефлексом в его учении выступала душа как нечто независимое от тела, как особая сущность.
Дуализм Декарта отвергли другие великие мыслители XVII в. - одни с материалистических, другие с идеалистических позиций. Английский материалист Гоббс (1588-1679) начисто
12
изгнал душу, объявив единственной реальностью механическое движение, законы которого являются тем самым и законами психологии. Впервые в истории психология перестала быть учением о душе, став учением о душевных явлениях, возникающих как тени, которые сопровождают телесные процессы. Цельность мира была достигнута ценой превращения психики в нечто кажущееся. Этот взгляд получил название эпифеноменализма. Нельзя забывать, что для своего времени этот взгляд являлся безусловно прогрессивным, поскольку он разрушал господствующую тогда веру в какие бы то ни было особые духовные сущности, или силы.
Нидерландский философ-материалист Спиноза (1632-1677), как и Гоббс, был страстным защитником идеи единства мира, он считал сознание ничуть не менее реальным, чем протяженную материю. "Порядок и связь идей те же, что порядок и связь вещей", - гласила одна из теорем его главного произведения "Этика". И тела, и их идеи включены в один и тот же железный порядок природы. Здесь Спиноза, подобно Гоббсу (и Декарту в учении о рефлексе), выступал глашатаем одного из основных принципов научной психологии - принципа детерминизма, согласно которому все явления порождаются действием материальных причин и законов. Утверждалось, что законы, правящие человеческими чувствами, мыслями, поступками, по своей строгости и точности подобны геометрическим. И не случайно "Этика" строилась по типу геометрического трактата, где одно положение неотвратимо следует из другого. Психологическую мысль оплодотворяли достижения механики, оптики, геометрии.
