Они с Алешей вышли из здания СБ и направились к метро. Берк ждал, что Алеша начнет расспрашивать его о Охотниках и их работе, но он лишь молча шел рядом, понуро глядя себе под ноги. «Да, не особенно ты разговорчив, хотя все правильно, неврастеник есть неврастеник», — отметил про себя Берк и решил первым сделать шаг к сближению.
—Слушай, а ты давно доминантой стал? — спросил он Алешу, когда они миновали турникеты на станции.
—Нет, — тихо ответил он.
—Что нет? — уточнил Берк.
—Недавно, — вяло пояснил Алеша без всякого энтузиазма.
—И как недавно? — продолжал допытываться Берк.
—Полгода назад, примерно, — все так же вяло ответил Алеша. Тут Берку показалось что-то знакомым в этом тоне и в этих вялых ответах его «нового друга». Он внимательнее присмотрелся к Алеше. «Не может быть, — подумал Берк, — да он никак под транквилизаторами! Что за ерунда? Еще полчаса назад был нормальным. Его же не из дурка привезли и не из Аквариума. Если только Валера и Александр ему таблеток дали. Но зачем? Перепугались что он — доминанта? Но их же предупредили, что гена убийцы у него нет. Ну это никуда не годиться, если это их рук дело — завтра у них будет очень крутой разговор с куратором и начальником Отдела Расследований. Я на них докладную напишу! Если этот мальчик — доминанта, это еще не повод кормить его психотропными средствами!». Берк решил повнимательнее понаблюдать за Алешей. Он не пытался начать разговор, так как это было сейчас бесполезно. Он заранее знал, что получит короткие, односложные ответы. Алеша сидел и с отсутствующим видом смотрел на пол вагона. Он полузакрыл глаза и казалось, что он дремлет. Но это было не так, при действии транквилизаторов наступает вялое, заторможенное состояние, когда ни до чего нет дела. «Ладно, „поспи“ пока, разговор подождет», — подумал Берк, решив расспросить его позднее. Он вытащил из кармана маленькую книжку и стал читать. В вагоне народу было не особенно много и пустых сидений хватало. Берк краем глаза заметил, как в вагон вошли две девочки примерно их возраста. Они сели напротив. Сначала они просто сидели, но потом стали перешептываться. Берк оторвался от чтения и держа книгу просто так, для прикрытия, стал украдкой наблюдать за ними. Девчонки посматривали на Алешу, наконец, одна, та что постарше и видимо посмелее, вдруг встала и пересела на соседнее с ним сидение. Алеша никак на это не отреагировал. Он все так же сидел и тупо смотрел в пол. При очередном торможении поезда девочка, как бы ненароком сильно толкнула Алешу и тут же спросила:
—Извини, я тебя не ударила? Я нечаянно.
Алеша поднял на нее рассеянный взгляд, еще не слишком понимая, в чем дело. Потом он ответил:
—Нет, все нормально, — и снова уставился в пол.
—Ты не подскажешь, сколько сейчас времени, — попросила девочка, было ясно видно, что она хочет начать разговор, также было ясно видно что Алеша этого не хочет.
—У меня часов нет, — сказал он. «Врет, часы у него под манжетом рубашки, на левой руке. А это становиться интересным», — отметил про себя Берк.
—А вы куда едете? Мы с Викой, сейчас в Парк Горького едем, на аттракционах покататься. Оторваться в последний день каникул, — уж очень доброжелательно спросила девочка. Алеша как-то весь сжался и еще ниже наклонил голову. Берк решил придти ему на помощь.
—А тебе какое дело, куда мы едем? Отвяжись, не видишь — мой друг не выспался, — с деланной грубостью ответил он.
—Я не с тобой разговариваю, — огрызнулась девочка и тут же переменив тон опять спросила Алешу, — а все-таки куда вы едете? Хотите с нами, в Парк Горького?
Алеша лишь отрицательно покачал головой. Но поезд уже подошел к остановке «Парк Культуры», вторая девочка встала и махнула рукой первой в знак того, что пора выходить. Первая подошла к дверям, но взглянув еще раз на Алешу быстро достала блокнот с карандашом, черкнула что-то на листке, вырвала его из блокнота и когда двери уже открылись, буквально прыгнула к Алеше, сунула ему в руки листок и выбежала из вагона. Двери закрылись и поезд поехал дальше. Берк заглянул в листок, который развернул Алеша и увидел адрес электронной почты и телефонный номер, а также имя — Женя. «Круто! — подумал Берк, — еще ни разу я не видел, чтобы девчонки вот так, сами хотели знакомится». Алеша скомкал листок и сунул его в карман.
—Напишешь ей или позвонишь? — спросил Берк. Алеша молча покачал головой. Как это можно было понимать Берк не понял, и поэтому переспросил:
—Не понял, так напишешь или позвонишь?
—Не то и не другое, — равнодушно ответил Алеша. Он вытащил из кармана листок и бросил его на пол. Берк удивился.
—А что так сурово? Ты же ей вроде понравился, — спросил он.
