—Леш, жизнь у нас такая, — подбирая слова и стараясь не обидеть его, начал говорить Берк, — а за что нам, Охотникам, приходиться убивать доминант? А за что доминанты вынуждены убивать? Если искать ответы на все эти вопросы — с ума сойдешь. А что касается школы, то я скажу тебе так: все зависит от коллектива, то есть класса. Мой класс мне например тоже не очень нравится, но что поделаешь. Вот я некоторое время у бабушки жил и учился, так там просто душой отдыхал. Ничего, и ты свой класс найдешь.
Алеша помолчал, потом серьезно сказал:
—Нет, это последний, если и здесь все будет как раньше — перейду на домашнее обучение. С матерью я уже об этом говорил. Если бы не эта ваша операция, я бы в эту школу не пошел.
—А-а-а, теперь понятно, почему ты отказывался от сотрудничества, — проговорил Берк, ухмыльнувшись, — а я то думал, ты нас, Охотников боишься.
—Нет, вас я как раз не боюсь, — ответил Алеша, посмотрев себе под ноги, — у вас невосприимчивость, вы приставать не будете.
—А что к тебе уже приставали? — удивленно спросил Берк.
—Было и это. Один парень, на два класса старше предложил защищать меня, за то чтобы я с ним, ну ты понимаешь…, — Алеша брезгливо поморщился, — я послал его куда подальше.
—Понятно, — протянул Берк, — а у тебя самого невосприимчивость есть?
—Не знаю, я тесты еще не проходил, — ответил Алеша, — но Охотником я быть не хочу. Мне мама не разрешит, она за меня волнуется очень. Если бы я стал Охотником ее бы вообще инфаркт хватил. Да и не люблю я убивать. Меня отец однажды на охоту взял, на уток. Так мне их жалко было.
—Так ты еще и пацифист, — пробурчал себе под нос Берк, он вытащил из кармана упаковку таблеток и протянул ее Алеше:
—Бери, но помни — это не решение, это иллюзия спокойствия.
Алеша взял таблетки, хотел было выдавить одну, но раздумал:
—Берк, — впервые он назвал его по имени, — когда я их пью, ко мне меньше пристают. Видят, что я ничего не соображаю и ответа добиться трудно. Тогда и приставать не так интересно. А главное ничего не чувствуешь, словно вокруг тебя вырастает мягкая невидимая стена, глушащая или смягчающая все внешнее.
—Это так, — согласился Берк, — но эта стена глушит не только печать, но и радость. Вот что плохо. А сколько у тебя будет радости, и сколько печали, зависит от тебя, — Берк сделал паузу, и добавил, — ну и от обстоятельств, конечно.
Алеша положил пачку в карман:
—Хочешь, я не буду их пить? — робко спросил он, — ты только в школе защищай меня. Ты же сильный, ты Охотник.
—Нет, пить их или не пить решать тебе. Я могу лишь помочь тебе первое время жить без таблеток. А что касается защиты, то я не телохранитель, но все что зависит от меня — сделаю, только не жди, что буду отстреливать твоих влюбленных поклонниц, — при последних словах Берк добродушно улыбнулся. Алеша тоже заулыбался.
—Берк, а почему все-таки ребята меня так не любят? Я читал о доминантах, их все вроде любить должны. С девчонками все понятно, взрослые ко мне тоже хорошо относятся, ну там учителя двойки не ставят или когда веду себя плохо — прощают. А вот друзей я всех потерял, — спросил Алеша.
—Зависть, — коротко ответил Берк, — ты и им тоже нравишься, красивые всем нравятся, но они завидуют тебе. Злятся, что они не такие как ты, вот и стараются выместить на тебе свою злость.
—А ты? — насторожился Алеша и уточнил, — ты не злишься?
—Нет, — честно ответил Берк, — и к тому же совсем недавно я научился смотреть внутрь людей. Только дорого мне это далось.
—Расскажи, как это смотреть внутрь и почему дорого? — заинтересовался Алеша.
—Да, была одна девочка, которая меня этому научила, — отмахнулся Берк, рассказывать о Тане ему не хотелось.
—А сейчас она где? — не отставал Алеша, — ты с ней встречаешься?
—Нет, давай сменим тему, — резко ответил Берк и посмотрел на часы, — сейчас полседьмого. Может по домам пойдем? Завтра будет трудный день.
—Хорошо, давай по домам, — согласился Алеша и они пошли к дому. Около подъезда Берк попрощался:
—До завтра, я за тобой утром зайду.
—Пока, — ответил Алеша. Берк пошел в свой подъезд, поднялся на десятый этаж и позвонил в квартиру, в которой расположились Охотники и сотрудники Отдела Расследований. Ему открыл Макс.
—Берк, а почему ты ключами не пользуешься? Потерял уже что-ли? — первым делом строго спросил он.
—Нет, забыл о них, — ответил Берк заходя в прихожую, — задумался тут.
—О чем, — сухо поинтересовался Макс.
—О завтрашнем дне, и об операции в частности. Чувствую, нам труднее придется, чем мы ожидали.
—Это почему? — уже встревожено спросил Макс.
—Все дело в Алеше, ну в парне этом, доминанте. Ему тяжело приходиться, — попытался объяснить Берк, снимая кроссовки.
—Это почему же ему тяжело? — немного саркастически заметил Макс, — девчонки от него наверняка без ума. Он там королем ходить будет.
—Королем не получается, все нищим приходиться ходить, вернее бродягой, — со вздохом ответил Берк, — я с ним сейчас говорил. Он настолько нервы посадил, что таблетки горстями глотает. Ты хоть это заметил?
—Нет, — Макс в замешательстве начал крутить в руке брелок с ключами., — я его вообще мельком видел.
