Комната выглядела просто. Дверь в неё располагалась слева от турникета. Справа от двери стоял большой красный диван. Ткань на диване была местами дырявой и испачканной кофе. Посередине комнаты стоял стул и стол, а прямо перед ними – окошко, в которое высовывался Сергей, чтобы спросить документы у тех, кто хочет проехать на территорию компании. Слева от стола стоял шкаф, а рядом с ним – вешалка, на которой висели чёрная куртка и кепка Сергея. Сам по себе Сергей был деревенским человеком, поэтому некоторые слова в русском лексиконе он произносил иначе. Несмотря на это, охранник для своей профессии очень много всего знал. Спросишь его, например, про рыб в Тихом океане – целый реферат для научных работ вам расскажет. На досуге Сергей обожал решать кроссворды – в шкафу у него их чуть ли не полсотни и ни одна страничка не была нерешённой. К работникам предприятия он относился очень доброжелательно и уважительно, что весьма похвально, а каждого знал в лицо и здоровался.
Протащив Всеволода в комнату, его положили на диван, укрыв пледом.
– Шас я ему нашатыря дам, – хозяйничал Сергей, запустив руку куда-то вглубь шкафа, – это из-за чего он так?
– Непонятно. Он сейчас разрыв с женой переживает, – беспокойно бормотал Журавцев, протирая очки, – мы как только турникет ваш прошли, вышли на парковку, а он раз! И в обморок.
Охранник запустил руку в шкаф и почти сразу вытащил маленький ящик с красным крестом. Он открыл крышку своими пухлыми руками. Заглянув внутрь, Журавцев увидел бинты, спирт, зелёнку и нашатырь.
– Вот! – вытащил лекарство охранник.
Он сунул нашатырь под нос Машинкину. Тот сначала не двигался, потом, поворотив нос, громко чихнул.
– Всеволод Игнатьевич! – заорал охранник, – как Вы нас испугали!
Машинкин глядел на Сергея и Журавцева совершенно оторопелыми глазами. Начальник кадров пытался понять, что он делает в будке охранника и почему Дима не уехал домой. Он медленно приподнялся с дивана.
– Лежи! – остановил его Дима, – тебе отдохнуть надо. Сергей, откройте окно.
Охранник повиновался. Он открыл маленькое окошко, располагающееся перед столом.
В комнату влетел тихий апрельский ветер. На улице начало темнеть. Накрапывал дождь.
– Извините, Сергей Геннадьевич… а где мы находимся? – с трудом произнося слова, спросил Всеволод.
К охраннику в этом предприятии в первый раз обратились по имени и отчеству. Это его приятно удивило и тронуло.
– Вы у меня в будке. Мы Вас с Дмитрием Николаевичем сюда принесли.
– Сев, мы с тобой минут пятнадцать назад на парковку вышли, а ты там в обморок упал.
Вспомнив последние события и причину обморока, Всеволод погрустнел. Он лёг обратно на диван и повернулся на правый бок к стенке дивана.
– Сева, ты чего?
– Да нет, ничего. Всё в порядке.
Он развернулся на левый бок. Его взгляд остановился на шкафу.
– Я, пожалуй, пойду.
Всеволод аккуратно поднялся с дивана. Он подошёл к двери.
– Спасибо, что привели в чувства, – слабо сказал Машинкин, – до свидания.
– До свидания, Всеволод Игнатьевич! – радостно отозвался охранник.
– А я тоже пойду, – подскочил Журавцев, – до свидания, Сергей.
– До свидания, Дмитрий Николаевич!
Дима и Сева вышли из комнаты, оставив Сергея предоставленным самому себе и работе. Они вышли из будки.
– Сев, больше так не делай. Я чуть с ума не сошел!
– Извини.
– Ты не виноват. Не извиняйся. Просто отдохни, хорошо?
– Хорошо.
– Ладно Сев, мне еще за продуктами зайти надо. Давай, не унывай. Если что – звони.
– Пока.
На этих словах они пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. Заведя свою машину, Всеволод поспешно выехал с парковки компании. Вскоре он выехал на трассу. Мча по дороге, Машинкин думал о сегодняшнем инциденте. Он с грустью понимал, что не сможет бороться с Елезиным за Веру. Приходилось только смириться.
5
