Выдохнула, вспоминая слова бабы Маши о том, что жизнь нам всем дарует Господь... Не вопрос, согласна. Но на свет Божий мы появляемся благодаря родителям. А у этих детей остался только отец...
- Ну ты... всё? - Лука повернул голову. Кажется, чуть нахмурился... - Сидишь, больше не ешь... - он кивнул на мою полупустую тарелку. - Оставлять нехорошо, Сне... кхм... Хеония, - его губы скривились то ли в усмешке, то ли в раздражении. - Нужно доесть.
- Снежана, - тихо поправила, опустив глаза. Послушно взяла в руки вилку. - Мне очень понравилось вот это... - я зацепила остатки сочных баклажанов. - И хлеб тоже доем. А мясо я не хочу, извини...
Лука несколько секунд сидел молча, глядя на то, как я аккуратно собираю корочкой овощи. Кажется, отчего-то растерялся...
- Зачем брала на тарелку, если не хочешь? - спросил негромко, с лёгким нетерпением, но спокойно.
Напряглась почему-то. Естественно, я не собиралась прилюдно спорить и стоять на своём, но через силу запихивать в себя невкусное постное филе, будто сваренное в супе, тоже не хотелось...
- Я съела половину. Кусок большой, я уже наелась, - я повернула голову, подняла глаза. - В следующий раз не возьму, - упрямо закусила губу, сосредоточенно разглядывая проходившую мимо женщину, не в силах дольше нескольких секунд выдерживать его прямой буравящий взгляд, без стука проникающий в самую душу.
- Не бери, - Лука неторопливо кивнул, тоже устремляя взор куда-то вперёд. - Сейчас отнеси тарелку вон к тому столу, - он указал глазами на небольшой столик-этажерку почти у самой стены церкви. - Там поставь, поблагодари Марфу - сидит неподалёку, видишь? - он незаметно махнул рукой в сторону одетой в чёрное пожилой женщины, примостившийся на уличной скамейке и равнодушно листавшей какую-то толстую книгу. - Она потом разберёт пищу - что-то старым и немощным отложит, что-то себе возьмёт, что-то животным снесёт...
- Хорошо, - я тут же поднялась на ноги, в некотором роде испытывая облегчение и определённую благодарность Луке за хладнокровие и готовность идти на компромисс.
Понесла тарелку к указанному месту, Поставила её на поднос, оглянулась на женщину в чёрном... Неуверенно сделала несколько шагов в её сторону...
- Здравствуйте! Извините... Я тут не доела немного... - затараторила, кивая на этажерку. - Всё очень вкусно, но переедать не хочется... - я нервно хихикнула, натыкаясь на чуть недоуменный взгляд Марфы. - В общем, тарелка там... И это... - я попятилась в обратном направлении. - Спасибо! - я даже толком не поняла, за что её надо поблагодарить...
Женщина внезапно улыбнулась...
- Хорошо-хорошо! Всё в пользу пущу... Иди с Богом!
Выдохнула от облегчения. Резко повернулась к общему столу, по инерции сделала несколько торопливых шагов...
Остановилась в нерешительности, чувствуя, как зашедшееся в миг сердце подскакивает к самому горлу. Растерянно замерла на месте...
Лука тоже давно поднялся со скамьи. Явно прощался со всеми... Двинулся в мою сторону, провожаемый шутливыми возгласами мужчин и молчаливыми насмешливыми взглядами женщин...
- Пойдём, - бросил на ходу, почти поравнявшись со мной. Чуть изменил траекторию, не сбавляя шаг...
Сглотнула ставшую кислой слюну. Не оборачиваясь на оставшихся за столом людей, быстрым шагом пошла следом за ним...
Едва успевала за широкими мужскими шагами, путаясь в своём балахоне. Это казалось уничижительным и противоречивым - вот так бежать за так называемым мужем...
Даже когда мы с Глебом ходили за покупками или бывали где-то в гостях, я никогда не пыталась угнаться за ним или сравнять шаг - ушёл вперёд, значит пусть ждёт, отстал - сам нагонит. Не найдёт - позвонит, пойдём друг другу навстречу.
А сейчас я чувствовала себя... зависимой от идущего впереди человека. Ощущение - будто ему плевать, будто только я ответственна за то, чтобы самой не потеряться и не заплутать в незнакомых улицах...
Впрочем, заблудиться здесь не представлялось возможным - основные улицы были относительно прямыми, асфальтное покрытие старое, но на удивление крепкое, без особых выбоин и луж. Перекрёстки встречались, но они больше напоминали узкие дорожки между чужими заборами, с годами протоптанные людьми и заезженные автомобильными шинами. Здесь, как и в деревне, зачастую за сетчатыми заборами гуляли куры, гуси, индюки, нередко на глаза попадались привязанные к колышку козы, пару раз в каких-то закутках под кронами деревьев встречались настоящие колодцы, вокруг которых непременно стояла скамья и была скошена под корень любая трава...