Проводив маму взглядом, подала знак подруге, и та быстро подбежала к автобусу. Показала встречающей нас женщине свой паспорт и, получив согласие, юркнула в автобус. Ксюша сразу же села рядом со мной и, откинув капюшон, выдохнула с облегчением.
– Как добиралась? – поинтересовалась я таинственным шёпотом.
– На попутках, – поделилась подруга и, склонившись ко мне, зашептала на ухо: – Такси вызвать побоялась. Чуть не опоздала, блин.
– Родители не заметили?
– Ну прям, – протяжно вздохнула она и, достав свой непрерывно вибрирующий телефон, протянула мне.
– Тридцать пропущенных? – охнула я и, отключив телефон, вернула Ксюше, порекомендовав: – Вытащи батарею, иначе отследят.
Подруга последовала моему совету и, сунув детали разобранного телефона в боковой кармашек рюкзака, посмотрела в окно. Округлив глаза, ойкнула и резко отвернулась, делая вид, что оглядывает сидящих в автобусе. Я заметила приближающуюся маму и, открыв окно, забрала бутылку воды.
– Иди мам, а то слишком жарко, – попросила обеспокоенно и, послав ей воздушный поцелуй, пообещала: – Я позвоню, как доберёмся.
Мама пустила слезу, но пожелав мне удачного пути, ушла в сторону парковки. Автобус стоял на месте ещё минут тридцать, но больше никто не пришёл. Отойдя в сторонку, женщина со списком кому-то позвонила, а потом, зайдя в автобус, подала знак водителю, и мы наконец-то отправились в путь.
Ехать предстояло очень долго, и поначалу многие пассажиры зависали в телефонах и планшетах. Я же, включив музыку, надела наушники и незаметно для самой себя задремала.
Проснулась, когда за окном уже стемнело, но отодвинув шторку, опешила. Автобус ехал по непривычно узкой дороге, а вокруг был густой лес. Телефон показывал, что связь недоступна и судя по ворчанию пассажиров её не было уже давно.
Ксюха дрыхла, скрестив руки на груди и натянув капюшон по самый нос. Недовольно заворчала, когда я попыталась её разбудить, но выглянув в окно, резко села и, похлопав ресницами, усмехнулась.
– Да уж, здесь меня вряд ли найдут, – проговорила она и, оглядев салон, проворчала: – Если никто не сдаст, конечно.
– Связи нет, – поделилась я и, заговорив тише, предположила: – Похоже, академия и правда находится в настоящей глуши. Надеюсь, там будет возможность позвонить или воспользоваться интернетом.
– Меня больше волнует, как я буду выбираться, если в академию меня не примут, – вздохнула подруга и, покосившись на сопровождающую нас женщину, прошептала: – Хотя в списках моё имя числилось.
– Автобус же ходит, – фыркнув, отмахнулась я и, отметая неприятные предчувствия, пожала плечами, дополнив: – Значит можно легко вернуться. Деньги у меня с собой есть, и банковскую карточку я тоже взяла.
– Толку от твоей карты ноль, если там нет интернета и связи, – хихикнула Ксюша, а я нахмурилась.
– Не нагнетай, – одёрнула, немного помолчав и беззаботно улыбнувшись, напомнила: – Мы же учиться едем, а не в ссылку.
Ещё почти час спустя, автобус остановился перед огромными коваными воротами. В обе стороны от них тянулся трёхметровый забор, а по верху этой махины через каждые несколько метров горели фонари. Теперь к окнам прилипли почти все пассажиры, кроме сопровождающей нас женщины.
На территории академии всё также тянулся густой лес, а через несколько километров показались корпуса двух и трёхэтажных строений. Здания стояли в небольшом отдалении друг от друга, образуя огромный круг, а в середине располагалось трёхэтажное здание, напоминающее внешним видом древний замок или старинный особняк.
– Кажись, приехали, – хихикнула подруга.
– Угу. Хогвартс нервно курит в сторонке, – растерянно отозвалась я и, криво усмехнувшись, пробормотала: – Надеюсь, монстры здесь не водятся.
Мила
Выйдя из автобуса, мы начали с любопытством озираться. Главное внимание привлёк конечно же, главный корпус, в сумерках выглядящий более чем зловеще. Широкая лестница, огромные колонны, мрачные фигуры статуй, пустые глазницы тёмных окон, высокие башенки. Здание выглядело как место съёмок фильма в жанре триллер.
Осмотреться толком нам не дали. Шофер быстро выгрузил наши сумки и чемоданы, сел вместе с сопровождающей нас женщиной в автобус и тут же уехал.
– Считай, что тебя приняли, – обратившись к подруге, хмыкнула я и оглянулась на удаляющиеся огни автобуса.
– Как-то я уже не уверена, что хочу здесь учиться, – поёжившись, проворчала Ксюша и, кивнув в сторону корпусов, добавила: – О, кажется, нас встречают.
В нашу сторону действительно направлялись люди. Два мужчины в строгих костюмах и женщина, одетая в длинное серое платье. Приближаясь, они о чём-то переговаривались и, похоже, спорили, но подойдя вплотную, приветливо улыбнулись.
– Добрый день, – выступив чуть вперёд, представился седоватый, подтянутый мужчина лет пятидесяти и, обведя всех нас цепким взглядом, представился: – Меня зовут Александр Яковлевич. Я являюсь основателем и директором этой академии. Добро пожаловать.
