Доктор Аллисон Бейкер одержима спасением впавшего в кому мужчины из Новых Видов. Она перепробовала всё, и остался лишь один способ. Алли собирается нарушить все правила и поставить свою жизнь под угрозу, но заставить 880 очнуться, использовав свой женский запах и прикосновения. Ей всего-то нужно похитить мужчину и забраться к нему в постель, чтобы все сработало.880 очнулся в другом мире, а рядом с ним спала крошечная женщина, обнимающая его и дразнящая своим прекрасным телом. Он тихо и неподвижно лежит, чувствуя и оценивая каждое дразнящее прикосновение и борясь с реакцией своего тела. Но его охватывает ярость, когда он обнаруживает, что эта женщина — человек. Ведь «Мерсил» украли все у него, так что он решает, что по-честному будет взять ее взамен.Но его намерения быстро меняются, и он уже хочет, чтобы она просто была с ним и делила с ним постель. 880 берет себе новое имя — Обсидиан — олицетворение мрачного и опасного. Но он будет сопротивляться и тому, и другому, чтобы завоевать Алли. Никто не встанет на его пути.
Доктор Аллисон Бейкер знала, каково это терять пациентов. Она сидела рядом с ними и держала за руки, пока смерть витала где-то поблизости, чтобы забрать с собой после того, как они испустят последний вздох. Эта часть работы была обычным делом, чтобы понять, что некоторые сражения нельзя выиграть. Этому учебник не научит, а только опыт и потери, выжигающие этот урок глубоко в ее душе. Вот почему она ушла из больницы, чтобы стать медицинским работником в ОНВ. Они давали надежду и новую жизнь. Аллисон смотрела на монитор, перелистывая показания, и почувствовала беспомощность. Ее пациент не поправлялся, но ему и не становилось хуже. Неопределенность выматывала. Аллисон схватила холодные металлические рельсы, которые не давали пациенту скатиться с кровати, но в них не было нужды. Он не двигался, не просыпался, так и проходили часы, дни. Затем недели. В результате месяцы.
Мужчина Новых видов обладал очень длинными, шелковистыми, черными волосами, они блестели после мытья и расчесывания. Аллисон нежно ухаживала за ними, как будто это ее собственные. Маленькие, тонкие рубцы искажали красивые, жесткие черты лица. Его нос чуточку широкий, немного плоский, а скулы отчетливо выступали. Лента удерживала его глаза закрытыми, но она знала, что они шоколадно-коричневого цвета. Каждый день снимая ленту, Аллисон надеялась увидеть реакцию зрачков, но этого не происходило.
— Док Алли? — испугал ее грубый мужской голос.
Она оглянулась через плечо на Дестини. Он был громадным приматом Видов с симпатичными карими глазами и очень длинными ресницами. Он вошел в комнату, и его губы скривились.
— Что случилось?
— Ты не должна быть здесь. Ты знаешь правила.
Она снова обратила внимание на мужчину, который лежал смирно на кровати с прикрепленными к нему трубками и иглами.
— Он не просыпается, и это сводит меня с ума. Его раны зажили, повысилась активность мозга, я провела всевозможные тесты и думаю, что это зависит только от него. Также считают другие доктора. — Что я упускаю?
— Если он вдруг очнется, тебе надо быть очень осторожной. — Дестини встал рядом с ней всего лишь в нескольких дюймах. — Он может на тебя наброситься. Будет думать, что он все еще в руках «Мерсил Индастриз», а ты — человек. Для него ты враг.
— Да я и рада, чтобы он на меня набросился. Тогда бы он проснулся.
Он тихо зарычал.
— По правилам тебе нельзя входить в эту комнату без меня или другого мужчины Новых Видов. Офицера на месте нет, и я учуял тебя здесь. Где Бук?
— Он ушел на ланч. — Она замялась. — Он запер дверь, но я знаю, где хранятся ключи. — Пожала плечами, и не думая извиняться за свой поступок. — Я прихожу сюда иногда, когда у офицеров перерыв на обед. И каждый раз надеюсь на изменения.
— Он не хочет жить.
— Это не причина. Я просто пропустила какое-то физическое повреждение. Его тело здорово. Он должен уже выйти из комы. Я заказала новые лекарства и надеюсь, они помогут привести его в сознание.
Дестини молчал несколько долгих секунд.
— А может, нам нужно отсоединить питательную трубку и позволить телу закончить то, что начал его разум.
В ужасе Аллисон обернулась и посмотрела на него в изумлении.
— Нет!
— Мы обсуждали это. — Его глаза наполнились печалью. — Мы очень мало знаем о нем, кроме того, что он потерял пару. Она умерла на его глазах, и он истязал себя, пытаясь покончить со своими мучениями. У него нет причин бороться за жизнь.
— Кто обсуждал прекращение лечения?
— Все. Мало чести заставлять его жить, когда он сам не хочет.
— Черта с два! — Разозлилась Аллисон. — Здесь, видимо, какое-то заболевание, которое мы пока еще не диагностировали. Мы же не знаем наверняка. — Она взглянула на покрытое шрамами лицо, ставшее ей таким дорогим. — Я его не брошу.
— Ты хорошая женщина с добрым сердцем.
Дестини медленно подошел к ней и накрыл ее руку своей большой, теплой ладонью.
— Ты страдаешь больше, чем он. Возможно, будет лучше позволить природе взять свое.
— Это ваше «позволить природе взять свое», да ни за что на свете! — Она отдернула руку и покачала головой.
В волнении, какое же решение могут принять остальные, прикусила нижнюю губу. Она горой стояла за своих пациентов, но над ней есть начальники. Она всего лишь марионетка в руках ОНВ. — Я что-то упустила и просто не пойму, что именно.
