- Если я правильно поняла слова твоего друга насчет триумвирата силы, в который ты входишь, то эти места - как электрические розетки в стене твоей ауры, а у тех двух тварей - вилки от них.
- Они не твари.
- Тед их описал в очень нелестных красках.
Я нахмурилась. Действительно, похоже было на Эдуарда.
- Теду не нравится, что у меня такие... близкие отношения с монстрами.
- У тебя любовные отношения с обоими?
- Нет... то есть... - Я попыталась найти короткую версию. - Я спала с ними обоими в разное время. То есть какое-то время я... встречалась с ними обоими, но ничего хорошего не вышло.
- Почему?
- Мы стали вторгаться в сны друг друга. Думать мыслями друг друга. Каждый раз после секса это становилось сильнее, будто узлы затягивались еще туже.
Я замолчала - не потому, что все сказала, а потому, что словами этого было не передать. И начала снова.
- Однажды, когда мы были втроем и просто разговаривали, пытаясь разобраться, у меня в голове возникла мысль, которая не была моей. Или я решила, что она не моя, но я не знала чья. - Я подняла глаза на Леонору, пытаясь заставить ее понять, какой это был ужас.
Она кивнула, будто поняла, но следующие ее слова показали, что главное она упустила.
- Ты испугалась.
- Ага, - произнесла я, подчеркивая каждый слог, чтобы сарказм до нее дошел.
- Неподконтрольность, - сказала она.
- Да.
- Невозможность уединения.
- Да.
- Зачем ты приняла эти метки?
- Они бы погибли оба, если бы я этого не сделала. Мы все могли погибнуть.
- Значит, ты это сделала для спасения жизни.
Она сидела, скрестив руки на коленях, непринужденно зондируя мои парапсихические раны. Терпеть не могу людей, которые всегда собой довольны.
- Нет, я не могла потерять их обоих. Потерю одного я еще могла бы пережить, но не обоих - если в моих силах было их спасти.
- И эти метки дали вам силу победить ваших врагов.
- Да.
- Раз тебе страшно от мысли, что ты разделяешь с ними свою жизнь, то почему для тебя так много значит их смерть?
Я открыла рот, закрыла, потом заговорила снова:
- Наверное, я их любила.
- Любила. Прошедшее время. "Любила", не "люблю"?
Вдруг на меня навалилась усталость.
- Я уже и не знаю. Просто не знаю.
- Если кого-то любишь, это ограничивает твою свободу. Если любишь, жертвуешь приличной долей уединения. Если любишь, ты уже не просто сама по себе, а половина пары. Думать или поступать по-другому - значит рисковать утратить любовь.
- Но речь шла не об общей ванной или споре о том, кто с какой стороны кровати будет спать. Они хотели разделить со мной мой разум, мою душу.
- Насчет души - ты серьезно в это веришь?
Я откинулась на подушку, закрыла глаза.
- Не знаю. Думаю, что нет, но... - Я открыла глаза снова. - Спасибо, что спасла мне жизнь. Если я когда-нибудь смогу отплатить тебе тем же, я это сделаю. Но объяснять тебе нюансы своей личной жизни я не обязана.
- Ты абсолютно права. - Она расправила плечи, будто отодвигаясь, и вдруг показалась не такой назойливой, а просто собранной, деловой. - Вернемся к аналогии между дырами и электрическими розетками. То, что ты сделала, - это замазывание, покрытие дыр штукатуркой. Когда тот хозяин, Мастер, на тебя напал, его сила сорвала эту штукатурку и открыла дыры. Закрыть их своей собственной аурой ты не можешь. Я себе даже не представляю, каких усилий будет стоить наложить на них заплату. Тед говорил, что ты училась у колдуньи.
Я покачала головой:
- Она скорее экстрасенс, чем колдунья. Это не религия, а природные способности.
Леонора кивнула.
- Она одобрила тот способ, которым ты закрывала дыры?
- Я ей сказала, что хочу научиться закрываться от них, и она мне помогла.
- Она тебе сказала, что это лишь временные заплаты?
Я мрачно покачала головой.
- У тебя вспыхивает враждебность каждый раз, когда мы подходим к факту: ты, по сути, дала этим мужчинам ключи к своей душе. Закрыться от них постоянно ты не можешь, а попытки это сделать ослабляют тебя, и их, наверное, тоже.
- Значит, с этим нам и придется жить, - сказала я.
- Ты только что могла убедиться, что это не очень благоприятствует жизни.
Вот тут я прислушалась.
- Ты хочешь сказать, что этот Мастер смог меня почти убить из-за слабости моей ауры?
- Он бы тебя сильно помял даже и без этих дыр, но я считаю, что они лишили тебя возможности сопротивляться, особенно когда были вот так свежеоткрыты. Их можно представить себе как раны, недавно открывшиеся для любой противоестественной инфекции.
Я подумала над ее словами и поверила.
- Что можно сделать?
- Эти дыры создавались так, чтобы закрыть их могло только одно: аура мужчин, которых ты тогда любила. Сейчас у вас ауры у всех как паззл с недостающими кусочками. И только втроем вы теперь можете составить целое.
- Я не могу с этим смириться.
Она пожала плечами:
- Мирись или не мирись, но это правда.
- Я еще не готова бросить борьбу. Но все равно спасибо.
Она встала, недовольно нахмурившись.
- Поступай как знаешь, но помни, что, если встретишься с другими противоестественными силами, тебе от них не защититься.
- Я уже так около года живу. Как-нибудь справлюсь.
