— Ну, — величественно отозвался Мэддокс, — ведь ты царственная особь и, как любой принц, можешь с лёгкостью заменить его десятком плащей и получше, а то и тонкими шелками да атласом. Как же иначе?
— Забудь об этом! — огрызнулся Магнус, всё ещё пытаясь отыскать проклятую таверну — это было единственной зацепкой в поисках Самары Балто, да и ему немедленно следовало вернуть клинок. — Ведь заметно, что ты мне совершенно не веришь, чего уж мешаться.
— Ну, прости, я ж никогда не смотрел в глаза какого-то высокородного принца, что у ничтожества монеты ворует. Интересно, какого ж царства ты принц?
Магнус вызывающе посмотрел на мальчишку.
— Царства льда и снега, которым в один день я буду править.
— М-м-м… — Мэддокс задумчиво кивнул. — Ты, разумеется, кто ж ещё.
— Этой землёй, как я слышал, правит живая богиня. Очень странно, что ты всё ещё не веришь, что существует в этом мире что-либо.
Мэддокс нахмурился.
— А почему ты называешь её просто живой богиней?
— Потому что Валория для меня — это просто что-то на страницах истории. В моё время она уже много лет как мертва.
— Мертва? Но ведь богиня бессмертна, а ты сейчас несёшь какую-то околесицу! — Мэддокс возмущённо уставился на него. — Да ты просто какой-то жалкий дурачина, который может только бред нести, и всё!
— Именно поэтому Ливиус так тебя избивает? — пробормотал Магнус. — Потому что ты столь сияющий и привлекательный, а ещё мил в общении?
Лицо Мэддокса будто закрыла тень.
— Побои — это меньшее, что после сегодняшнего он со мной сделает.
— Очевидно, он в тебе нуждается, и что б ты в той гостинице не делал, для него это почему-то очень ценно, — он изо всех сил пытался напрячь память. — Слушай, а что ж на самом деле такого ты там делал?
Мэддокс на мгновение умолк, а после бросил на Магнуса дерзкий, преисполненный невысказанного вызова взгляд.
— Ну, принц льдов и снегов, у меня тоже есть один будоражащий кровь секрет, и я уверен, что ты никогда в него не поверишь: я могу призывать духов.
Магнус умолк, словно в какую-то секунду и вовсе потерял дар речи.
— Духи это… как привидения?
— Да, что-то врде того, — Мэддокс вскинул подбородок и с вызовом посмотрел на Магнуса. — Я заключаю духов в серебрянные ловушки, и те больше не имеют никакой возможности навредить невинным людям. Я притягиваю духов. Ну что, не веришь мне?
— Конечно, я тебе верю, — сухо отозвался Магнус. — А почему б и нет?
Мэддокс недоверчиво прищурился.
— Но это правда.
Магнус нетерпеливо вздохнул, а после внезапно осознал что-то слишком важное.
— Тот мужчина-ведьмак, о котором говорила Белла…
Глаза Мэддокса расширились.
Магнус только ошалело моргнул.
— Ведь это ты — тот ведьмак, правда?
— Ну, а что, если действительно я?
— Если действительно ты, то ты можешь мне помочь?
— Как? У тебя навязчивая идея с этим ледяным царством? — Мэддокс вновь прищурился. — Слушай, верни мне по доброму мои монеты.
Разочарованный этим городом, этим мальчишкой и этими сумасшедшими поисками, Магнус хотел было кричать, требоать что-то. Требовать, но знать, что ответа у него всё равно не будет.
— Ну, так своруй у меня этот мешочек. Ведь он теперь мой, — Магнус посмотрел на вывеску над своей головой, пару раз прочитал. Бронзовый Петух! Да он давно уже нашёл это место!
— Наконец-то! — с облегчением выдохнул он, но после вновь насторожился. — Замечательно, если ты мне помогать не собираешься, просто оставь меня в покое. Иди и лови своих милых духов где-то подальше от меня.
Магнус толкнул дверь, проскальзывая в тёмную таверну и осматриваясь в поиске людей, которые ему обещали рассказать о Самаре. Они перебрались к столу у задней части таверны, и с ними нынче сидели две женщины.
Магнус подошёл к ним, положив мешочек с монетами на стол.
— Вот, здесь сто серебрянных монет. А теперь возвращай мне обсидиановый клинок.
Эмиль посмотрел на него с огромным удивлением.
— Вы только посмотрите, кто вернулся!
— Да ещё и с монетами! — Калум не отрывал взгляда от сумки. Он открыл её, заглянул внутрь, и глаза его широко распахнулось. — Что ж, просто замечательно!
Мужчина положил на стол чёрный осколок и опустил мешочек в карман.
Эмиль всё ещё не отрывал от лезвия взгляд.
— А что, эта вещь действительно столько стоит? Что ж, я тогда заинтересован в том, чтобы купить её, и, может быть, это будет тебе куда более выгодно, чем при работе с Самарой.
— У этой штуки цены нет, — покачал головой Магнус. Не существовало денег, которые позволили бы ему отдать это сокровище. В конце концов, без него он потеряется в этом жалком мире навсегда. Он проигнорировал взгляд мужчины и равнодушно проронил: — Ну, так этого хватит, чтобы сказать, где Самара?
— Ой, какая настойчивость! — хмыкнул Калум. — Твоё маленькое приключение и твоё воровство сделало тебя чутка сильнее, малой?
— Да, действительно, — Магнус схватил нож и вонзил его в деревянный стол прямо у руки Калума. Тот подскочил. — Так где я могу отыскать Самару? — он вновь повторил свой вопрос. — Отвечай, или, клянусь, в следующий раз я скучать не стану уж точно.
Эмиль и Калум смотрели на него широко распахнутыми глазами, покраснели оба, будто свекла.
