Черная Линза – древний оракул, который может добывать магическую энергию солнца, была спрятана последними рыцарями-дварфами ради благополучия нового мира. Имея ее, Тихиан – король Тира мог бы стать истинным королем-волшебником. И только Агис Астикл, которому эта линза неоходима чтобы уничтожить Дракона, стоит между ним и его целью. Им придется преодолеть взаимную ненависть для достижения цели, в противном случае они непременно станут жервами гигантов, охраняющий Обсидановый Оракул.
Уголком глаза Ниива заметила багровую вспышку солнечного заклинания. Несмотря на приближающуюся победу ее ополчения, она ощутила, как холодная рука паники сжала ее сердце. Свет пришел от Ворот Солнечной Птицы, которые охраняли все тайные сокровища деревни – и к тому же ее юного сына, Ркарда.
К собственному неудовольствию Ниива не могла немедленно броситься на помощь. Она стояла на верхушке горообразного панцыря мертвого мекилота, имея в руках только пару коротких мечей, и сражалась с тремя мужчинами, вооруженными копьями и кинжалами. На узких улочках Кледа ее ополченцы безжалостно убивали налетчиков, которые пришли за рабами из их деревни. Те немногие из нападавших, которые сумели избежать кровавых топоров дварфов, улепетывали во весь дух к одной из многих брешей в городской стене, пробитой в начале атаки могучей рептилией, на которой сейчас стояла Ниива. Учитывая скорость, с которой охотники за рабами были разбиты, битва шла очень хорошо, но это не слишком успокаивало встревоженную мать.
– Пора кончать с этим! – проворчала Ниива, швыряя один из своих мечей в ближайшего противника.
Стальной клинок с негромким треском раздробил грудную кость и глубоко вошел в грудь. Командир ополчения не стала дожидаться, пока враг упадет. Вместо этого она упала на колено и крутанулась на нем, далеко вперед выбросив свою вторую ногу. Так как второй охотник за рабами в это время пытался ударить ее сзади, щикилотка Ниивы попала ему в колено и сбила его с ног. Продолжая движение она успела полоснуть мечом по горлу человека прежде чем он упал на землю. В этот момент копье третьего врага устремилось к ее груди. Свободной рукой она отбила кончик копья в сторону и вонзила свой меч в живот мужчины.
Ниива высвободила мечи из тел умирающих работорговцев, не слыша их предсмертных хрипов. Ее глаза уже искали на улицах мужа, надеясь что именно Келум использовал солнечное заклинание у Ворот Солнечной Птицы. Она нашла его на другой стороне деревни, слишком далеко от места вспышки.
Удостоверившись, что ее ополчение покончит с работорговцами и без ее руководства, Ниива соскользуна с панцыря мекилота. Она продралась через обломки некольких разрушенных хибар, скользнула в узкую улочку и понеслась к Воротам Солнечной Птицы. Дважды она задерживалась на несколько мгновений, чтобы убить охваченных паникой захватчиков, попавшихся ей по дороге, но, торопясь достичь ворот, дала возможность убежать немногим другим.
В пятидесяти ярдах от цели, она заметила трех иниксов, торопливо бегущих по параллельной улице, их змеевидные хвосты били из стороны в сторону,оствляя дыры в каменных домах,стоящих вдоль улицы. Ящерицы были около пятнадцати футов в длину, с чешуйками пепельного цвета, сильными ногами и костяным клювом, который мог перекусить женщину напополам. На плечах каждой твари сидел вооруженный копьем погонщик, тогда как груз помещали в беседку, огромный ящик, сделанный из отбеленных на солнце костей, привязанный к спине иникса.
Ниива точно знала, что охотники за рабами не случайно выбрали именно их деревню. Кто бы ни планировал атаку, он знал про тайное богатство Кледа и где его найти, так что беседки первых двух иниксов были до краев наполнены сокровищами, украденными из Ворот Солнечной Птицы: бронзовым оружием, стальными топорами и даже золотыми коронами древних королей. В первый момент командир ополчения решила, что попытка захвата рабов была просто прикрытием для воров на иниксах, но быстро отвергла эту идею. Потери грабителей были слишком велики для ложной атаки.
Когда Ниива увидела содержимое третьей беседки, все мысли о намереньях работорговцев испарились из ее головы. Вместо сокровищ ящерица несла на себе двух мужчин. Один из них, здоровяк, одетый в доспехи из выделанной кожи, держал в руке длинный стальной меч, украденный без сомнения из оружейных Кледа. Второй, отвратительно выглядящий полуэльф с короткой черной бородой и острыми чертами лица, был одет в свободную тунику и не вооружен. Вместо этого он держал в руках извивающуюся фигуру маленького мальчика. Хотя ребенку было только пять лет, он уже был высок, как большинство дварфов, его толстые кости были покрыты сухожилиями и мышцами. Абсолютно лысый, он имел квадратную челюсть, злые красные глаза и остроконечные уши, прилегавшие близко к голове.
– Ркард, – выдохнула Ниива, бросаясь вдогонку за похитителями сына.
Ей не было нужды удивляться, почему это налетчики схватили ее сына, а не наполнили сокровищами третью беседку. Мальчик был мулом, человеко-дварфом, и мог принести целое состояние в любом городе с рынком рабов. Унаследовав могучий костяк отца-дварфа и человеческую гибкость и скорость Ниивы, он мог бы быть послан в ямы гладиаторов и вырасти чемпионом арены. Проведя все свое детство в ямах, мама Ркарда из первых рук знала все ужасы, которые его ждали там.
