Единственное чего хочет Тана, это приложить все силы, чтобы хорошо учиться в Академии Магии. Не только потому, что ей нужна стипендия, но и чтобы в будущем обрести стабильную работу, финансовую независимость и свободу выбора. Отношения — не интересно. Влюбляться — в план не входит. Но что произойдет, если в дело вмешается судьба?
Оказавшись на площади перед Академией Магии, первое, о чем думаю: «Кажется, в этот солнечный день здесь собрались все жители столицы». Хорошо, что я решила добираться пешком — на улице, по которой я шла, образовалась длинная пробка из экипажей. А на самой площади людей так много, что с непривычки теряюсь — слишком большая толпа, слишком шумно. В нашем городишке даже во время ежегодных ярмарок такого столпотворения не бывает. Какое-то время стою, собираясь с моральными силами, и затем начинаю продвигаться к воротам.
Таких одиночек, как я, среди толпы мало. В основном сюда приезжают семьями, все-таки поступление — это очень важное событие. Мысли соскальзывают на то, как это — иметь родителей, которые тебя поддерживают. Когда есть кто-то, кто за тебя переживает, подбадривает, скучает по тебе. Как жаль, что моя мать не такая. Минутку жалости к себе прерывает сцена, которая разворачивается прямо перед моими глазами — крупная полнотелая дама, глядя на сутулого и тощего паренька, хватает его за предплечье и театрально восклицает:
— Алтюшенька, миленький, может быть, ты все-таки передумаешь? Зачем тебе эта столичная Академия Магии! Кто же будет тут следить за моей деточкой? А вдруг тебя тут будут обижать?
— Мама, мы с тобой обо всем поговорили. Я хочу здесь учиться.
— Но, Алтюшенька…
Алтюшенька решительно вырывает свою тощую конечность из рук родительницы и стремительно удаляется в сторону ворот. Одобрительно киваю — с виду тщедушный, но все-таки нашел в себе силы вырваться из-под матушкиной опеки. Молодец.
У ворот стоит несколько магов. Оказывается, они следят за тем, чтобы на территорию Академии Магии прошли абитуриенты и не прошли их сопровождающие. Меня пропускают без проволочек. Только настоятельно рекомендуют, идти по дорожке, никуда не сворачивая.
Так и поступаю. Всего несколько десятков метров через густо заросший парк, и дорожка выводит меня на небольшую площадь перед замком. Там стоят столы, к которым уже выстроились очереди. Отхожу в сторонку, пытаясь сообразить, по какому принципу тут все организовано, к какому столу нужно подойти мне, и у кого можно эту информацию узнать, когда чувствую сильный толчок в плечо. Темноволосый аристократ, который это сделал, оборачивается, сверкает на меня своими синими глазами и высокомерно восклицает:
— Не путайся под ногами, деревенщина!
От подобной наглости теряю дар речи, а когда способность говорить все-таки возвращается, догонять обидчика уже глупо. Ненавижу подобные ситуации. Почему все едкие ответы приходят в голову не сразу же, а уже после того, как момент упущен? Я же могла сказать: «Сам смотри, куда прешь, высокомерный засранец!» Но этого уже не изменить, поэтому возвращаю свое внимание к странным очередям. Наверное, увидев мое замешательство, ко мне подходит очень высокий парень и доброжелательно спрашивает:
— Не знаешь, в какую очередь тебе нужно?
Если бы не приятный голос, я бы испугалась — коротко стриженый, темноволосый, на две головы меня выше и в три раза шире — рядом с ним сразу чувствую себя хрупкой и маленькой. Но в его серых глазах беспокойство и ничего кроме. Поэтому нерешительно улыбаюсь и отвечаю:
— Не знаю.
— Я тут поспрашал — можем подойти к любому столу. У нас проверят уровень дара, и если он достаточно сильный, дадут анкету, чтобы заполнить. С этой анкетой нужно будет податься в главный корпус — а замок он самый и есть. Пойдем. Вместе все-таки веселей.
— Пойдем. А как тебя звать?
— Так Харт я. А ты?
— Тана.
— Пойдем, Тана.
Следом за ним я встала в очередь, показавшуюся Харту самой короткой, и облегченно выдохнула. Пока стояли, выяснилось, что он с детства мечтал стать воином, поэтому поступил в Военную Академию. Уже размышлял, куда пойти после нее, но на последнем году обучения у него проснулся дар. Поэтому резко пришлось менять планы. Рядом с Хартом я наконец-то смогла расслабиться, но на всякий случай спрашиваю:
— А почему ты ко мне подошел?
В ответ парень ухмыляется:
— Да увидел, как тот хмырь тебя толкнул. Был бы поближе, задал бы ему трепку. Негоже девчонок обижать. У меня у самого пять сестер — ты на младшенькую мою очень уж похожа.
Искренне ему улыбаюсь. Наверное, здорово иметь такого вот брата, который готов за тебя вступиться.
Наша очередь подходит быстро. Кладу руку на магический шар, и он начинает испускать темное сияние с небольшим количеством синего. Паренек, сидящий за столом, кивает:
— Отлично! Вашего уровня дара хватает. Ваше имя? — отвечаю, он записывает на листке и протягивает его мне. — Заполните, пожалуйста, анкету и проходите в главный корпус.
Отхожу с бумагой в сторону — подождать своего сопровождающего. После того, как его шар начинает светиться темным с небольшой примесью коричневого, Харт берет анкету и, улыбнувшись, говорит мне:
— Видишь, как совпало. Будем, значицца, вместе с тобой на некромантов учиться. Я тоже не местный. Будем друг дружку держаться. Пойдем.
Снова улыбаюсь — если Харт поступает на тот же факультет, что и я, можно расслабиться и совершенно точно делать то же, что и он.