Откровенно собственнический, блуждающий по стройному телу взгляд сейчас остановился на линии груди, виднеющейся над краем тонкой шёлковой сорочки. После беременности она округлилась еще сильнее, придав идеально сочный, ещё более идеально соблазнительный вид. Бретелька, сбившаяся с плеча чуть вниз. Уже почти сухие тёмные локоны, разметавшиеся по бледной коже плеч и постельному белью. Эти линии талии и бёдер, тонкие запястья и щиколотки. Мерцающий в рубинах кровавым блеском страсти и желания браслет дома Дархэнаатра.
Алеминрия. Минри.
Его жена. Госпожа его дома.
И мать его сына.
— Знаешь, момент рождения Кирана был лучшим и одновременно худшим моментом моей жизни, — еле слышно поделился откровениями Дамиан, рассматривая профиль спящего ребёнка. — Мне трудно далось поверить в эту реальность, где у меня ребёнок от любимой женщины. Упоительные ощущения. Но, Бездна… тебе в тот день было так больно, Минри. А я просто ждал и молился гребанным Богам, от осознания того, что это моя вина.
— Ты слишком много на себя берёшь, Дамиан, — она в миллионный раз за этот вечер мягко усмехнулась. — Физиологический процесс родов существовал ещё задолго до тебя.
— Мне не легче от этого факта, жизнь моя, — он пододвинулся ближе, благо, спящий сын не мешал возможности просунуть руку под голову жены, чуть привлекая её к себе. — Кстати, храм Калиши. Почти закончили, довольна?
— Вполне, — Рия устроилась на его плече поудобнее.
— И что, даже не скажешь, что гордишься мной?
— Чем именно? — Легкий вздох. — Что ты восстановил святыню, которую сам же и разрушил? Тогда мне следует гордиться собой, я же твой голос совести.
— Тебя все равно ждёт экскурсия по следам своего благоразумия.
— Зачем это?
— Мне любопытно, как покровительница брачных уз отнесётся к твоему вопросу о любви.
— Любопытно, если она скажет, что моя любовь и брак ещё впереди, — Рия забавно усмехнулась, чуть сонно потягиваясь. Позднее время и насыщенный день брали своё.
— Не скажет, если дорожит своими статуэтками, — заметил Дамиан, потирая подбородок. После повернул голову вбок, с наслаждением зарылся лицом в тёмные локоны у её макушки.
Аромат сочной, спелой вишни. Он всё ещё дразнил, дурманил демонскую кровь.
Алеминрия припала щекой к его плечу. Умиротворённо вздохнула, прикрывая веки.
А наследник огненный демонов просто лежал, смотря в тёмный потолок.
— Не могу поверить, что я всё же сделал это, Минри, — еле слышно прошептал он, когда она погасила свечи в спальне. — До сих пор иногда ловлю себя на мысли, убеждаю в том, что ты моя. Помнишь наши первые встречи? Я ведь клялся тебе, что не отпущу. Ни разу не солгал в своих стремлениях.
Тоненькие пальчики ласково переплелись с его свободной рукой. Второй ладонью Рия обнимала годовалого сына.
— Когда наглый, самоуверенный и циничный демон заявил мне о своих планах, у меня в голове появилась лишь одна мысль. Что я не знаю как от таких спасаться, — полные губы нашли его шею, сомкнулись на жилке, вызывая мелкую дрожь предвкушения. — Иронично. На сегодняшний день я всё так же не знаю, Дамиан.
Он хрипловато засмеялся. Лежащий рядом с ними Киран лишь засопел сильнее, прижимаясь сразу к обеим родителям. Минри подавила легкий сонный зевок.
Лучшая картинка. Жизнь, которую он себе все же взял вопреки всему. В том числе — и собственным ошибкам.
Обожаемый аромат вишни окутывал их постель, спальню, весь дом. Всю его жизнь.
Дамиан будто бы самодовольно улыбнулся самому себе.
— Я люблю тебя, жизнь моя, — он знал, что она услышит. Услышит, даже если успела заснуть. Ритм её сердцебиения, ровное дыхание, волосы на его груди. Тепло лежащего рядом стройного тела.
Мы сами знаем, чего мы заслуживаем.
Циферблат бронзовых тяжёлых часов на столике в углу комнаты отсчитывал громкие секунды очередной ночи его лучшей жизни.
— Я тебя тоже. Спи.
Больше книг на сайте — Knigoed.net
