Какое-то странное чувство великой любви и преданности к этому незнакомому мужчине, наполнило мое естество, оно было словно кровь в моих венах и воздух в легких.
Подумать только, мне хватило нескольких минут, после чего я получила такой оргазм, что чуть снова не провалилась в небытие. Насколько же он умело ласкает!
Боже, сейчас я, чувствуя себя тряпичной куклой в их руках и с трудом сражаясь за каждый свой вдох, была потрясена тем, что он намеревается меня трахнуть.
Макс ввел в меня член снова и уже теперь он сотрясался в оргазме, под завязку наполняя густой липкой жидкостью. Мы тяжело дышали, глядя друг на друга. Он без сил свалился на диван и тяжело задышал.
Я мгновенно уснула. Видимо сказалась усталость и затяжная апатия. Не помню, когда я в последний раз получала оргазм. Казалось, для меня эта функция была заблокирована за все мои многочисленные грехи.
Открыла глаза в комнате, которую заливал мягкий теплый солнечный свет. Ничего не понимаю…
Только сейчас заметила, что Макс стоит у порога, не решаясь уйти.
– Где я? – вопрос сорвался с губ прежде, чем я успела удержать его.
– У меня дома, в квартире. Ты поживешь здесь какое-то время, и если не понравится, – он замолчал. – Но тебе понравится, я уверен.
– Отпусти меня домой, пожалуйста! – всхлипнула я. – Я хочу домой!
– Но разве тебе не понравилось?
– Причем тут это? – разозлилась я. – Я шлюха, проститутка, заплати мне деньги и я просто уйду.
– Нет. Ты теперь будешь жить у меня.
– В смысле?.. Я кажется что-то не так поняла…
– Да, ты все поняла правильно. Отдыхай.
С этими словами Макс покинул комнату и плотно прикрыл за собой дверь.
Я была в шоке, и никак не могла прийти в себя. Что происходит? Вернее, что он задумал? Я не знаю… Время покажет.
Я снова забылась крепким глубоким сном и видела смутные темные тени, тянущие ко мне свои лапы, и невидимый свет, отгоняющий их прочь.
Не знаю, было это утро или вечер, недавно выпитый алкоголь давал о себе знать и не позволял бодрствовать, но теперь все было хорошо. Макс сидел на полу возле меня и крепко держал за руку. Осознав это обстоятельство, я резко дернулась и забилась в угол.
– Тише, тише, ты чего! Все в порядке, я тебя не обижу!
Я смотрела на него снизу вверх, и не очень-то верила. Дело в том, что почти каждый клиент говорил мне такое, если оставлял у себя на несколько дней. А потом неизменно изощренно насиловал вновь и вновь. И все же Макс был каким-то особенным, и ему хотелось верить, но слишком горьким был мой опыт.
– Ты опять хочешь секса? – вырвалось из меня против моей воли.
– Сейчас – нет, но даже если я захочу, без твоего согласия ничего между нами не произойдет. Ты же тоже этого не хочешь, верно?
Я помотала головой:
– А зачем же ты тогда привел меня к себе?
– Ну-у, – он замялся, – Мне вчера показалось, ты была не против. Я завтрак принес, вот он, на тумбочке.
Я отвернулась к стене, а Макс вышел из комнаты. Тупила я довольно долго, но есть все же хотелось. На металлическом подносе лежали фрукты, тосты, неведомый мне йогурт и чашка с кофе. Я сделала глоток, хоть напиток и остыл, но все равно был очень вкусным.
Я никак не могла разобраться в Максе. Он странный, не такой, как все остальные клиенты, совсем не такой. И вроде как не желает мне зла. Но это принять было еще сложнее, чем если бы он оказался очередным гадом. Что же ему от меня нужно тогда?.. Я в полной растерянности, в панике, в замешательстве…
Один день сменял другой, и Макс держал слово – он не прикасался ко мне, только неизменно приносил вкусную еду, разговаривал, рассказывал интересные истории. Я и не заметила, как стала участвовать в разговорах, что-то с расспрашивать и, что было еще удивительнее – рассказывать о себе.
Теперь я находила в себе силы ходить по квартире. Я изучила каждый ее уголок, каждую комнату, и не было в ней места, в которое мне был запрещен вход.
Все это время я не пила спиртного, для меня это было уже какое-то новое состояние. Но меня и не тянуло больше выпить. Словно я достигла своего лимита.
Однажды Макс пришел в мою комнату и поцеловал меня прямо в губы, со всей страстью, на какую только был способен. В этот же день я вышла из комнаты и долго стояла в зале, глядя на город с высоты птичьего полета. Я курила одну сигарету за другой, хотя, помнится, никогда не имела такой привычки. А потом, уж не знаю, что на меня нашло, я стала всем телом биться в оконное стекло.
По нему прошла трещина, руки были изрезаны в клочья, на лбу красовалась огромная ссадина. И вот во время очередного удара я так сильно ударилась головой, что потеряла сознание и стремительно стала падать на пол. В комнату ворвался Макс, он что-то кричал и успел подхватить меня на руки. Я помню вспышки белых халатов и оглушительный вой сирены.
В себя я пришла только в больнице, когда кто-то касался моей щеки своей колючей щетиной. Я с трудом продрала глаза и к своему ужасу увидела склонившегося над собой Казимира. Он шептал мне что-то на ухо, словно дьявол во плоти. Я готова была закричать, но он вовремя зажал мне рот рукой.
