– Вообще-то я сегодня зашел просто так. Меня пару раз приглашали сюда, и я подумал, что это будет неплохой возможностью познакомиться с людьми, которых я еще не знаю, объяснил Уэйд.
– Отличная мысль, – кивнула Эмили. – За последнее время многие ушли отсюда. Похоже, люди слишком заняты дома, чтобы еще участвовать в каких-то общественных проектах.
– А вы, похоже, остаетесь активным деятелем.
Эмили скорчила недовольную гримасу.
– У меня дефект речи. Не могу сказать слово из трех букв, которое начинается на «н» и заканчивается на «т».
Уэйд рассмеялся.
– Я иногда тоже страдаю этим заболеванием. Очень трудно быть сознательным, не так ли?
– Шериф Дэвенпорт! Я так рада, что вы пришли сегодня. – Лесли Кэнтрелл подошла к ним с сияющей улыбкой. – Пойдемте, я вас представлю всем. О, привет, Эмили, – добавила она вскользь, уже уводя Уэйда под руку.
Похоже, Лесли положила глаз на нового мужчину в городе, подумала Эмили. В ее списке уже числились многие холостые мужчины Хонории и даже некоторые женатые. В каждом городе есть по крайней мере одна охотница на мужчин. В Хонории, после того как мать Эмили уехала, это была Лесли Кэнтрелл.
У Эмили промелькнула мысль, не предупредить ли Уэйда об этой женщине, но она передумала. Не стоит делать такие глупости. Что касается женщин, Уэйд Дэвенпорт наверняка сумеет сам о себе позаботиться.
Она ведет себя так, будто ревнует, видя, как Лесли увивается вокруг Уэйда. Это же смешно, у Эмили нет никаких причин ревновать Уэйда Дэвенпорта.
Уэйд наблюдал за Эмили на протяжении всего собрания. Хотя шериф и старался держаться как можно солиднее, но все равно был не в силах отвести от девушки глаз. Она была такой красивой в этом мягком светло-зеленом свитере! Уэйд уже не раз пытался не думать об Эмили после их встречи в закусочной, но безуспешно. То, как он отреагировал сегодня, увидев ее, снова напомнило ему об этом.
Она говорила о своем дефекте речи – не может сказать «нет». С ним у нее не было проблем. Но Уэйд видел, как трудно ей противостоять членам клуба, которые, похоже, собирались назначить ее ответственной за очередной проект. К концу собрания Эмили все-таки сумела отказаться от этой должности, но все равно согласилась помогать. Уэйд подозревал, что большую часть работы будет выполнять она, потому что у остальных, похоже, не было проблем с отговорками. Уэйд задумался о том, что всякий раз, когда они встречались, она что-то делала для других. Многие видели их вместе на празднике и уже успели описать ему Эмили как девушку с добрым сердцем и чрезмерно развитым чувством долга. Может, репутация ее семьи повлияла на то, что Эмили стала для всех бесплатной помощницей, старающейся всем угодить?
Уэйд снова подумал о ее планах уехать из Хонории. Очевидно, она устала жить для других и решила изменить это. И Уэйд понимал ее непреодолимое желание начать новую жизнь. Разве не хотел и он того же самого, уезжая из шумной Атланты, мечтая о такой вот спокойной, мирной Хонории? Но поймет ли Эмили, что покой можно обрести только внутри самого себя и это не зависит от окружающих? Этот урок Уэйд все еще постигал.
– Так вы присоединитесь к нам, шериф Дэвенпорт? – спросил кто-то Уэйда.
– Вряд ли, поскольку у меня не так много времени, – ответил Уэйд, не желая жертвовать часами, которые мог провести с сыном. – Но обещаю, что охрана на празднике будет обеспечена. На подобных мероприятиях она необходима: иногда толпа выходит из-под контроля.
Все закивали головами, по-видимому удовлетворившись его обещанием. Уэйд чувствовал, что никто не думает об опасности. В Атланте, устраивая такой праздник, об охране побеспокоились бы в первую очередь, подумал он с улыбкой.
Выходя из клуба, Уэйд сделал так, чтобы оказаться поближе к Эмили и проводить ее до машины. Он чувствовал себя подростком, который ходит по пятам за объектом своего помешательства в надежде, что его заметят. Это сравнение ему не понравилось.
– Собрание прошло неплохо, – сказал Уэйд.
Эмили тихонько простонала и обернулась, чтобы убедиться, что их никто не слышит.
– Не могу поверить, что они собираются организовать все это за три недели.
– Думаете, не получится?
– Нет, обязательно получится. Если кто-то пожелает работать до потери сознания.
По ее тону Уэйд понял, что Эмили имела в виду и кто будет выполнять всю работу.
– Но вы ведь всегда можете ответить «нет», заметил он.
Эмили улыбнулась и покачала головой.
– Вы забываете о моем дефекте речи. Это слово просто не может слететь с моих губ, особенно когда кто-нибудь намекнет, что дети останутся без подарков на Рождество, если я не помогу в этом проекте.
– Наивная.
Эмили рассмеялась в ответ на его издевательский тон.
– Это точно.
– У вас доброе сердце, Эмили Макбрайд, сказал Уэйд уже серьезно.
Ему показалось, что Эмили покраснела, хотя в свете фонарей об этом нельзя было сказать наверняка. Она тут же перевела разговор на другую тему:
– Как я понимаю, в субботу утром вы с агентом приедете смотреть мой дом?
– Да. Она сказала, что вас это время устраивает.
