– Тогда зачем вы пришли ко мне? Потому что мне захотелось снова увидеть тебя. Эта мысль так четко вспыхнула в мозгу Уэйда, что он уже засомневался, не высказал ли ее вслух.
Шериф откашлялся.
– Я хотел проверить кое-какие предположения.
– А вы всегда полагаетесь на интуицию, шериф Дэвенпорт?
– Это всего лишь один из моих методов, – ответил он, слегка улыбнувшись.
– Ну что ж, я рада, что на этот раз ваша интуиция говорит в мою пользу.
Леди, вы даже представить себе не можете, насколько в вашу! – пронеслось в голове Уэйда.
Эмили успела заметить, что начальник полиции совсем не торопится покидать ее гостиную. Он спокойно сидел на диване, попивая чай и пробуя печенье, словно у него уйма времени.
– Отличное печенье, – сказал он, одобрительно кивая головой.
Упитанный пудель жадными глазами смотрел на Уэйда, а потом заскулил.
– Ты не получишь печенья, Оливер, – строго сказала Эмили. – Ты и так слишком толстый.
– Давно у вас эта собака? – с любопытством спросил Уэйд, глядя то на пса, то на Эмили.
– Около трех часов, – ответила Эмили. – Я присматриваю за ним. Уэйд рассмеялся.
– Ну тогда все понятно. Я никак не мог представить вас с этим псом. Он совершенно вам не подходит.
– Оливера избаловали, – согласилась Эмили. – Вообще я очень люблю собак, но, как и дети, они могут стать испорченными, если им все позволять.
Уэйд проглотил печенье, потом заговорил снова:
– Вы любите детей?
– Да. У моей двоюродной сестры Саванны близнецы, а у брата Тревора милый двухлетний мальчик. Я обожаю их и стараюсь видеться с ними как можно чаще.
Уэйд внимательно разглядывал гостиную, примечая каждую деталь. Эмили вдруг снова овладело странное, тревожное чувство при мысли о том, что он будет жить в се доме.
– Отличное место, чтобы растить детей, пробормотал он.
Эмили кивнула в ответ.
– Мы с сестрами любили играть в нашем лесу, когда были маленькими.
– Сколько лет этому дому? – спросил Уэйд.
– Почти сорок. Отец построил его, когда женился в первый раз. Лицо Уэйда помрачнело.
– Вы говорили, отец умер недавно? Эмили увидела симпатию в его глазах и решила быть откровенной.
– Да, умер в мае. Он очень долго болел и в последние годы жизни уже ни с кем не разговаривал и никого не узнавал. Смерть принесла ему облегчение.
И тут Эмили подумала, что рассказала о своей семье этому человеку более чем достаточно. Сейчас было бы неплохо поменяться ролями.
– Так вы хотите купить дом? – спросила она. – Значит, вам нравится в Хонории?
– Очень, – ответил он с улыбкой. – Последнее время я был ужасно занят, перейдя на новую работу, но люди здесь такие милые, по-соседски отзывчивые в большинстве своем.
– А где вы жили до того, как переехали сюда?
– Я работал в отделе по расследованию преступлений в Атланте.
Атланта. Большой, шумный город по сравнению с маленькой и сонной Хонорией.
– Наш городок показался вам, наверное, ужасно скучным. Тут вы и за год не увидите столько преступлений, как за неделю там.
– Надеюсь, – поспешил согласиться он. – Я вырос в маленьком городке в Алабаме, очень похожем на этот. Когда начал искать новое место в прошлом году, именно такой город и мечтал найти. Я могу спокойно делать свою работу и к тому же уделять больше времени сыну.
– Сколько ему?
– Восемь. С половиной, как он всегда уточняет.
– Он ваш единственный сын?
– Да, и самый лучший, – ответил Уэйд с гордой отцовской улыбкой. Эмили тоже улыбнулась.
– Не сомневаюсь.
Оливер чихнул и потер нос лапой.
– Похоже, у него начинается простуда, – заметил Уэйд.
Эмили запаниковала.
– Если он заболеет… или еще хуже… пока Марта и Артур Годвин в отпуске… – Она передернула плечами, боясь даже думать об этом.
– Так это собака Годвинов? – спросил Уэйд.
Эмили кивнула.
Уэйд едва сдерживал улыбку, а потом вдруг звучно расхохотался.
– Вот теперь все сходится, – сказал он. – Неудивительно, что вы оказались с этим псом. Кто же сможет отказать Марте Годвин?
– Догадываюсь, эту жительницу Хонории вы уже знаете достаточно хорошо.
– Это уж точно. Она бывает в моем кабинете чуть ли не каждый день. Думаю, в другие дни она сидит в кабинете майора.
– Марта любит всегда быть в курсе дел, сказала Эмили, улыбнувшись.
Уэйд взглянул на часы и, как показалось Эмили, с неохотой проговорил:
– Думаю, мне пора идти. У вас, наверное, еще много дел.
Дел у Эмили не было, но она не считала нужным говорить ему об этом.
– Вы будете держать меня в курсе всего происходящего, шериф Дэвенпорт? Уэйд кивнул.
– Конечно. Постарайтесь не думать об этом. Но… вам лучше не покидать город, пока все не уладится.
Эти слова больно кольнули ее, хотя Дэвенпорт и старался говорить деликатно. Она уже воспринимала его как дружелюбного гостя и забыла, что все еще является подозреваемой в краже. И этот приказ не покидать город… она снова почувствовала себя загнанной в ловушку.
