Потеснив Антона плечом, Артем улыбнулся агенту: — Извините, пробки, — и протянул паспорт. После этого повернулся к Антону, медленно осмотрел его с головы до ног и выдал: — Ого! Антон закатал рукава рубашки, обнажив внушительные бицепсы, расстегнул верхние пуговицы рубашки, щеголяя грудными мышцами, украшенными замысловатой татуировкой. Распустил хвост и частенько запускал руки в волосы, перебрасывая их с одного плеча на другое. Его глаза обещали Артему мучительный конец. У Лисы упала челюсть, девушка за стойкой регистрации подбирала слюни. Артем моргнул, потом еще раз и подтолкнул Лису локтем к стойке. — Паспорт дай, — сказал сквозь зубы. — Проблемы? — осведомился Антон у Артема, заметив его взгляд. — Э… Нет, проблем нет. Спасибо, — поблагодарил Артем агента, схватил Лису за руку и потащил в зал ожидания.
«Я только одним глазком. Одной ногой. Одну рубашечку, новенькую. И бегом в продуктовый», — бормотала себе Алиса, спотыкаясь о горы стеллажей, выставленных в проходе универмага. — «Ну что они, не могли на полчаса позже их расставить тут? Как-будто меня ждали, утром привезли и меня ждали, чтобы начать распаковывать». Алиса при этой мысли злобно глянула на грузчика и подавила желание пнуть его. Стеллаж таки пнула. Случайно, мизинцем. И чуть не взвыла, прыгая на одной ноге. Грузчик злобно глянул в ответ. «Карма», — обреченно подумала Алиса и захромала к ближайшей лавочке. Ей показалось, что грузчик удовлетворенно крякнул. Видимо, согласился.
Алиса сняла балетку с ноги и начала рассматривать опухающий на глазах мизинец. Он был красный, как губная помада ее мамы, которую она бережно хранила и красилась только на большие праздники (например, в последний день перед отпуском). Пошевелила пальцами на ноге, застонала от боли. Пошевелила еще раз — а вдруг не так уж и больно, как показалось в первый раз. Не, не показалось.
«Перелом, как пить дать. Вот черт. И даже больничный не дадут, потому что мне завтра только на собеседование идти». Обидно было до слез. Алиса смотрела на злополучный палец и чувствовала непреодолимое желание пнуть стеллаж еще раз. Как в детстве, когда ударишься об дверь, начинаешь колотить ее в ответ. «И как я завтра пойду? И рубашку не купила. И еды никакой не купила. Вот дура!».
Алиса еще раз горько вздохнула, приняла тот факт, что допрыгать на одной ноге до дома будет наверняка сложно, и вытащила из сумки смартфон. Набрала номер:
— Ром, тут такое дело… Я в универмаге, застряла. Сижу на лавочке. Ты не мог бы забрать меня?
— Лиса, через полчаса буду ехать. Что там у тебя? — послышался ответ.
— Ну, я подралась за место на проходе и проиграла. Мизинец, кажется, сломала. Но это не точно, нужно снимок сделать. Хотя, толку от него, даже гипс не накладывают на этот дурацкий палец.
— О Боже… Ты как всегда… Жди.
Собеседник отключился. Лиса скорчила смартфону рожицу: — Да, я как всегда. Не ожидал что ли?
Стало еще обиднее, что и муж не посочувствовал. Так она сидела и жалела себя, даже почти до слез довела, но не успела разрыдаться от такой вселенской несправедливости, как приехал муж.
— Идем, горе, — Рома подхватил Лису под руку, взял ее сумку и повел к выходу.
— Стой! — вдруг закричала Лиса. — Надо купить еды. — «Хотя бы», — добавила про себя.
— В смысле еды? — в панике закричал в ответ Рома. — И что я должен купить без тебя? Откуда я знаю, что ты там покупаешь??
— «Вот действительно ситуация. Будем помирать с голоду, потому что мой муж не в состоянии купить еду», — мысленно Лиса отвесила ему подзатыльник, а вслух сказала: — Хлеба, молока и яиц купи. Ты сегодня главный на кухне. С омлетом справишься. Я надеюсь.
И опять присела на лавочку.
— Я тоже на это очень надеюсь, — пробормотал себе под нос Рома и пошел в сторону продуктового отдела.
Лиса хотела вслед ему язвительно заметить, что стыдно в 35 лет не уметь приготовить элементарный омлет, но посмотрела на мизинец и решила не нагнетать обстановку. Вряд ли ее мужу понравится такое, да еще при куче народа. Может и бросить ее в универмаге, ответив, что стыдно в 30 лет не уметь вызвать такси.
Когда Рома погрузил в машину два огромных пакета и свою жену, Лиса пристегнула ремень и решила осчастливить мужа.
— Я, кажется, нашла работу, — и когда Рома вопросительно поднял брови, добавила, — завтра мне на собеседование идти.
Рома еще выше поднял брови и его взгляд невольно устремился к мизинцу Лисы. Лиса молчала. Рома тоже молчал. Поняв, что продолжения не будет, Рома тяжело вздохнул и спросил:
— Какую работу?
— Фирма «МеталлИст» Они занимаются металлом, ну там катают его по заказам и продают.
— Катают. Понял. И кем ты там будешь?
— Им нужен человек, который будет искать заказчиков.
— Агент по продажам что ли?
— Он самый. Вот. И завтра мне идти на собеседование, — Лиса довольно улыбалась.
— Идти?
— Ага.
— Хорошо. Я даже готов пойти следом за тобой, чтобы посмотреть на это, — Рома многозначительно кивнул на ногу жены и завел машину. Лиса угрюмо посмотрела на него.
— Я вообще-то думала, что ты меня подвезешь? — полувопросительно сказала она.
— Лиса, я как бы работаю. У меня график. Я не могу просто взять и уходить и приходить, когда мне (или тебе) вздумается. Давай, если тебе так надо быть завтра на собеседовании, ты просто вызовешь такси. Это не сложно, я покажу тебе, как это делают люди.
Лиса подозревала, что Рома ответит что-то подобное, и сделала гримасу на лице, показав при этом язык. Рома еще раз вздохнул и вырулил на трассу.
Как и ожидалось, на следующий день вдобавок к мизинцу распухло еще полстопы. Сам палец приобрел синеватый оттенок. «Какой страшный», — подумала Лиса, доставая кроссовки и примеряясь — влезет нога или нет. Кроссовки были еще страшнее, насыщенного фиолетового цвета. Но они были одни единственные у Лисы, и в этом была их полезность. Наверное, тоже единственная.
