Однако ни в полдень, ни в двенадцать тридцать, ни в час Пётр Петрович не появилился. Руслан начал волноваться, а наставник полагал, что мужик просто передумал. Однако в четверть второго Бьёрн всё же позвонил Надежде Львовне. Оказывается, её муж попал в больницу. Состояние не жизнеугрожающее, но тяжёлое, так что она тоже в больнице и на нервах думать забыла о назначенной встрече.
— А что с вашим мужем?
— Вроде солнечный удар, — неуверенно сказала женщина. — Но он у меня так-то жару наоборот любит. И работает на солнце, и отдыхает…
— Давайте мы подъедем и посмотрим, нет ли там чего по нашей части, хорошо?
— Ой, а что, может быть по вашей⁈ — ужаснулась его собеседница. — Тогда подъезжайте, конечно!
Через семнадцать минут видящие уже входили в холл центральной городской больницы. Надежда Львовна, светловолосая, полная женщина в бежевом платье в цветочек, тут же спустилась к ним и сказала:
— Берите бахилы и халаты: я договорилась, чтобы вас пустили. Вы знаете, Пете стало хуже!..
Её голос задрожал, но она взяла себя в руки.
— Он в сознании? — спросил Бьёрн.
— Да, в том-то и дело!
— Ваш муж странно себя ведёт? — уточнил Руслан.
— Идёмте! — велела Надежда Львовна.
По пути она рассказала, что её супруг, придя в сознание, стал шутить, смеяться и делать комплименты всем вокруг.
— А он у меня так-то строгий! — пояснила женщина, видя недоумение на лицах спутников. — В душе добрый, да, но вообще строгий. И всякие шуточки, хахашечки не переносит. Может, его подменили?
Надежда Львовна всё-таки расплакалась, но быстро взяла себя в руки.
В коридоре третьего этажа их поджидал невысокий коренастый мужчина с густыми усами и улыбкой до ушей.
— Надюшка, а давай-ка домой! — радостно возвестил он, раскидывая руки, чтобы обнять жену.
Надежда Львовна снова всхлипнула.
— Эй, кто тебя обидел? Кто обидел мою мусечку? Кстати, — он повернулся к спутникам супруги, — слышали анекдот про царевну Несмеяну. Однажды к царевне…
Пётр Петрович обнимал жену, сыпал анекдотами и байками, смеялся и выглядел вполне здоровым. Но Надежда Львовна с каждой шуткой, с каждым смешком мужа становилась всё печальнее.
— Так, — сказал наконец Бьёрн, созерцавший юморящего клиента с заметным сомнением, — Надежда Львовна, мы с вами пойдём к медикам и узнаем, можно ли забирать вашего мужа, а Руслан с ним побеседует.
Наставник покосился на ученика и тихо буркнул:
— Расспроси и проверь.
Руслан кивнул.
Несмотря на жизнерадостные заверения Петра Петровича в том, что он великолепно себя чувствует, его оставили в коридоре с незнакомцем.
— А вы слышали анекдот про доктора и бабку? — бодро поинтересовался мужчина и, не дожидаясь ответа, тут же поделился анекдотом.
Только после четырёх историй на больничную тему Руслану удалось переключить внимание Петра Петровича.
— Скажите, а вы как в больницу попали?
— Я? О, ерунда какая-то! Сидел на солнышке, припекло малость, я задремал, а очнулся в больнице, представляете? — мужчина оглушительно расхохотался, словно попасть в больницу — это самое смешное, что могло случиться с человеком. А после долго хихикал, жмурясь и утирая выступившие от смеха слёзы.
Руслан, воспользовавшись случаем, начертил в воздухе поиск — ничего.
— А мы вас ждали пару часов назад. Вам Надежда Львовна сказала, что вы должны были с нами встретиться?
— Так вы специалисты по сверхъестественному? — обрадовался Пётр Петрович. — Ух ты! А знаете анекдот про вилку и демона? Так вот…
Руслан общался с мужем Надежды Львовны от силы минут десять — и уже ужасно устал от шуточек, приколов и смешков. А если этот человек обычно вообще не шутит, то вполне понятна обеспокоенность его жены. Но что с ним всё-таки случилось?
— А что вы видели на Пирогова?
— На стройке? Огромную светящуюся тушу! — казалось, Пётр Петрович в полном восторге от того, что видел. — Метра четыре в высоту, длинная, гибкая вроде гигантского шланга, и быстрая просто жуть. Представляете⁈ Смешно, да?
Он снова расхохотался и продолжать посмеиваться до тех пор, пока не вернулись его жена и Бьёрн.
В ответ на вопросительный взгляд наставника Руслан только руками развёл.
— Как договаривались, счас едем к вам, — Бьёрн обратился к клиентке, — потом на стройку. Ученик, ты езжай на площадь Славы. Осмотрись, особо обрати внимание на скамейку у киоска «Кофеман». Вдруг тепловой удар не сам по себе случился?
Руслан кивнул и, попрощавшись с клиентами, поспешил на улицу.
Сегодня действительно было жарко как на пике лета. И, если бы не странная весёлость, ничего загадочного в тепловом ударе по такой погоде и не было бы. Но резкое изменение характера явно ненормально.
По дороге до площади Руслан размышлял, что могло так повлиять на Петра Петровича. Травма головы? Нет, серьёзную травму обнаружили бы в больнице, а не серьёзная, наверное, не могла настолько сильно изменить человека. Стресс? Не похоже, что Пётр Петрович в стрессе. Да и с чего бы?
