Он осторожно двинулся по кругу, чертя защитные символы на досках рядом с уже нарисованными. Все знаки на земле были целы. Только в одном месте ему показалось, что незнакомый значок выглядит как-то уж слишком неровно: то ли должен быть таким, то ли всё-таки тут не хватает чёрточки. Дополнять его он, конечно, не стал. Закончил круг и поделился опасениями с дедушкой Бьёрна.
Тот кивнул и пошёл перепроверить. Вернувшись, сказал:
— Всё хорошо. Коряво нарисовал, а так он и должен быть неровный. Хорошо, что ты заметил. Есть в тебе чувство знака, да…
Руслан хотел было спросить, что это такое, но тут из темноты появился Бьёрн и сказал:
— Готово. Всё проверил. Углы солью посыпал.
— Имя заучил?
— Ага.
— Запись стёр?
— Само собой.
— Вот и славно. Вызываем. Руслан, встань напротив меня, за костром. Во все глаза смотри, но ни слова, ни звука, хорошо?
Руслан кивнул и пошёл вставать куда следует. Бьёрн остался с дедом. Тот взял у внука вышитый мешочек, раскрыл и бросил в пламя какой-то порошок. Огонь тут же взметнулся метра на три ввысь и стал сначала небесно-синим, а потом болотно-зелёным.
Бьёрн выкрикнул мудрёное имя «демона» — пламя опало до земли, обнажив поленья, а затем снова поднялось до нормальной высоты, оставшись, однако, нездорово зелёным.
Руслану стало жутко и холодно.
Но глаз не болел. Да, в общем-то, ничего больше и не происходило. Он напряжённо ждал минуту за минутой, но никаких «демонов» не было.
Зелёный костёр мирно потрескивал, ветер шуршал в траве. Пахло дымом, деревом и полынью.
Руслан уже решил, что ничего не вышло, как вдруг раздался голос. Он будто одновременно звучал отовсюду — и ниоткуда конкретно.
— Кто зовёт меня? — прошептал, проскрежетал, провыл голос.
— Я знаю твоё имя. Иди сюда! — голос Бьёрна был человеческим, но звучал твёрдо и весомо.
— Не могу… — прошелестел, проскрипел, прошуршал голос. — Моё тело слишком износилось. И твой зов убивает его.
— Ты должен прийти.
— Не могу… — повторил голос, одновременно скуля, визжа и гудя. — Мне не выйти из тела. А телу не дойти до тебя. Разрешаешь мне идти по другим людям?
Голос стал хитрым, тонким и визгливым.
— Разрешаешь⁈
— Нет. Где ты?
— Ты дойдёшь! — проревел, пророкотал, проурчал голос. — Смотри — и увидишь!
В зелёном пламени мелькнул контур карты, но деталей Руслан не разглядел. Через секунду огонь снова стал оранжево-жёлтым, и ощущение чужого присутствия полностью пропало.
Руслан судорожно выдохнул, только сейчас поняв, что не дышал всё это время. Закашлялся, хотел спросить, что теперь делать, но тут же вспомнил, что ему было сказано молчать.
К нему подошёл наставник и сказал:
— Всё, «демон» ушёл. Можешь говорить.
Руслан кивнул и сипло выдавил:
— Что теперь?
— Теперь я еду за этой тварью.
— Эй, а вдруг он тебя обманул⁈
— Нет, призванный именем «демон» обмануть не может.
— А кто он, кстати?
Бьёрн пожал плечами:
— Какой-то паразит.
— И что ты с ним собрался делать? И вообще, что значит «я еду»⁈ Я с тобой!
— И я, — возвестил дедушка, неслышно подойдя к внуку и его ученику.
— Дед!
— Я уж сорок два года дед, — хмыкнул он.
— А я твой ученик! Всего два года, правда. Но я поеду с тобой! — непреклонно заявил Руслан, воззрившись на наставника.
Тот сказал:
— Ладно дед: он сто лет прожил и всё уже видал. А ты-то куда⁈ У тебя Регина, Славик, Катя, универ… родители!
— Ага. И чтоб мы все вернулись к друзьям и универам, — неловко, но пылко заявил Руслан, — я еду с тобой!
Дед кивнул:
— Парень дело говорит.
Наставник некоторое время хмурился, явно желая спорить. Потом махнул рукой: мол, всё равно же не отстанете.
— Ладно. Втроём так втроём.
Дедушка и Руслан довольно переглянулись.
Ехать надо будет на север от города, в лес. Там логово «демона»: насколько понял Бьёрн, монстр утащил своего носителя туда, где может подпитываться силой, чтобы выждать время. То ли собирался потом кого-нибудь туда заманить, то ли надеялся, что удастся «подлатать» тело, а потом снова выйти в люди.
— Пока давайте-ка спать ляжем, — высказался дедушка. — А утром поедем. Туда сколько ехать?
— Ну, судя по всему, часа три.
— Вот и славно. А пока почему бы не отдохнуть?
Костёр растащили по поленьям и засыпали песком. Тлеющие полешки воткнули в землю, а когда Руслан спросил: не проще ли залить кострище водой, ему пояснили, что нет, не проще. Мол, вода огонь обижает, а вот песок — самое оно.
Потом наскоро умылись и пошли в дом. Внутри все горизонтальные и вертикальные поверхности были изрисованы знаками. Символы были на стенах, на полу, на столе, на стульях, на холодильнике, даже на потолке.
Заметив изумлённый взгляд ученика, Бьёрн шепнул:
— Не обращай внимания. Дядя слишком серьёзно относится к безопасности. Не без причин, но реально слишком.
После ужина молчаливый хозяин отвёл их на второй этаж, где уже был разложен диван, а в углу стояла застеленная раскладушка. Решили, что диван займут Бьёрн с дедом, а раскладушка достанется ученику.
— А что это за «демон»? — спросил Руслан, когда все улеглись.
Дедушка вздохнул и сказал:
— Это, видно, ехэ анахай. Ему одному нужно, чтобы родной отец разрешил в сына переселиться.
— И он правда умеет исполнять желания?
