Обычный ребёнок полностью

– Чтовывообщенесёте? – выпалил Мёрф, прерывая этот поток околесицы. – Так, пожалуйста, можем мы начать с самого начала? Я реально понятия не имею, что тут происходит. Я оказался в этой школе случайно. Так что сделайте мне одолжение, а? Начните с основ, и каждый раз, когда вы будете говорить что-то, чего я не понимаю, я буду ухать, как озадаченный филин.

Мэри посмотрела на него с раздражением, а потом, будто смягчившись, улыбнулась.

– Хорошо, давай начнём сначала. Я уже объяснила тебе про маски, верно?

– Верно, – подтвердил Мёрф.

– Так мы сокращённо называем наше Мастерство, наши Способности, – восторженно добавила Хильда.

– У-ух? – сказал филин Мёрф.

– Если выясняется, что у тебя есть Способность, тебя приглашают в школу вроде этой, где тебя учат ей пользоваться – и, что важнее, учат скрывать её, – сказала Мэри.

– Угу? – переспросил филин. – А как Школа узнаёт, что у тебя есть суперсила?

– СПОСОБНОСТЬ! – поправила его Хильда.

– Ну, конечно, это секрет, – сказала Мэри, – но я думаю, у них есть контакты в полиции и больницах и всё такое. Похоже, они всегда узнают, когда чья-то Способность начинает проявляться.

– Наверное, о моей им сообщила врач, – сказала Хильда, – потому что родители отправили меня побеседовать с ней после моего рассказа о том, что я могу призывать крошечных лошадок. Но это не было похоже на обычный кабинет врача. Там был ковёр на стене и очень мало окон. Как бы то ни было, думаю, она каким-то образом сообщила кому следует. На следующий день мистер Суппермен зашёл повидать моих родителей.

– Ага, а обо мне, думаю, сообщили пожарные. Родителям пришлось вызвать их, чтобы снять меня с крыши, – сказала Мэри. – Это было два года назад. Мистер Суппермен сказал, что это очень раннее проявление Способности – обычно они обнаруживаются примерно лет в десять.

– Ну и вот, – продолжила Хильда, – ты попадаешь в Школу, чтобы научиться контролировать свою Способность и тренироваться её применять, развивать её, и однажды дождаться момента, когда она будет достаточно отработана, и тебя признают полностью действующим.

– Уууху?

Мэри закатила глаза.

Хильда, у которой ещё оставалось немного терпения и которая, похоже, наслаждалась тем, как Мёрф изображал растерянного филина, продолжила:

– Действующим. Ну, как бы это сказать. Когда ты на самом деле используешь свою Способность, чтобы бороться с преступностью, ловить плохих парней. Нам об этом только чуть-чуть рассказывают, но держу пари, ты получаешь костюм, плащ, крутую машину, девиз и ВСЁ ЧТО УГОДНО!

– Посмотри сюда, – сказала Мэри, обращая внимание Мёрфа на актовый зал, мимо которого они как раз проходили. Мёрф вчера заглядывал сюда на обед, но сейчас здесь было пусто.

– Вот в чём суть, – Мэри показала вверх, на закреплённую на стене над сценой каменную табличку, которую Мёрф не заметил раньше.

– Это клятва, которую нужно будет дать, если тебя возьмут в Альянс Героев, – с благоговением произнесла Хильда. – Я выучила её наизусть уже к концу первого учебного дня.

– Но вряд ли кто-то из нас сумеет присоединиться к настоящим Героям, – Мэри раздражённо прервала восторженные мечтания Хильды. – По большей части Школа учит тебя пользоваться Способностью только для того, чтобы уметь её скрывать. Видишь ли, только некоторые Способности хороши для настоящей борьбы с преступниками. – Она обеспокоенно посмотрела на Хильду. – Только действительно сильные. А остальные должны научиться держать их под контролем, чтобы вести после Школы нормальную жизнь. У некоторых людей Способности вообще совершенно непредсказуемые. В выпускном классе есть парень по имени Барри Толбот, который может заставлять свои зубы кричать. Какой от этого толк? Думаю, только стоматологов пугать.

– Но всё-таки нет ничего плохого в том, чтобы мечтать, правда же? – уверенно сказала Хильда. – Неважно, выйдет из этого что-нибудь или нет, не вижу ничего плохого в желании стать Героем. Или в том, чтобы придумывать себе костюм или решать, какое у тебя будет супергеройское имя. Не то чтобы я этим занималась, – быстро добавила она, покраснев.

– Ясно – значит, большинство из вас здесь, чтобы научиться скрывать свои суперсилы? – спросил Мёрф, на минутку перестав изображать филина. – Простите, Способности. Вы должны делать вид, что у вас их нет? Что ж, впервые за последние сорок восемь часов это звучит как нечто, с чем я действительно могу справиться.

После этого разговора с Мэри и Хильдой настроение Мёрфа немного улучшилось. Голова у него по-прежнему гудела от вопросов, но, по крайней мере, ему казалось, что он понял самое главное, даже если это «самое главное» кратко можно было сформулировать так: