«Светская львица Вика Новинская и ее новый бойфренд», — прочитала Саша под фотографией. И далее краткое описание Викиных с Никитой «подвигов», в том числе и про ипподром. Схватив маникюрные ножницы, Саша стала отчаянно кромсать журнал, целясь в улыбающееся Викино лицо. А потом разрыдалась, вспомнив теткины слова: «известно, чем все закончится, ты проиграешь».
Поговорить Саше пока удалось только с Марией Михайловной. В следующие выходные, на даче. Любецкая не торопилась съезжать, хотя лето скоро заканчивалось, словно чего-то ждала. Увидев Сашу, сказала неприветливо:
— Их нет. Уплыли на яхте.
— Откуда здесь яхты? — удивилась она.
— Для тех, у кого есть деньги, все есть, и яхты тоже, — презрительно сказала Мария Михайловна. — Они поехали на Истринское водохранилище.
— Почему ваш сын так себя ведет? — не удержалась Саша.
— Как так?
— Вы ведь прекрасно знаете, в каких мы с ним отношениях. Я его невеста.
— Если бы вы подали заявление в ЗАГС, я бы об этом знала.
— Но ведь раньше вы были не против, чтобы он на мне женился!
— Да, пока у тебя были перспективы на теткино наследство. Бестужева ведь очень богатая женщина. Вон, свадьбу на Мальдивах собирается справлять. Это ж какие деньги! Впрочем, они у тебя и сейчас есть, эти перспективы, — вкрадчиво сказала Мария Михайловна.
— Я вас не понимаю.
— Она ведь еще не замужем. Всякое бывает. Я-то получила наследство. А тебе даже судиться ни с кем не надо будет. Пока они не поженились, разумеется. Мы с тобой оказались в похожем положении, — зашептала Любецкая. — У тебя богатая тетка, у меня была богатая тетка. Главное, чтобы детей не было…
Саше стало не по себе от ее ядовитого шепота. Вот ведь гадина какая!
— Ты, я вижу, еще не созрела, — презрительно сказала Любецкая, увидев выражение Сашиного лица. — Не обязательно ведь своими руками. Можно кого-нибудь нанять. Или поручить это кому-нибудь. Главное, чтобы было твое согласие.
— Какое еще согласие?!
— Ах, ты не понимаешь… Никита правильно сделал, что тебя бросил, — холодно улыбнулась Любецкая. — Жениться в двадцать три года — это безумие. Пусть еще погуляет.
— Но ведь Вика никогда не выйдет за него замуж!
— Ты почем знаешь? Вон, тетка твоя выходит. Да даже если и не выйдет. Хоть пожить.
— И вы так спокойно продаете своего сына?! — Саша была потрясена.
— Я его насильно ни с кем не свожу, — Любецкая окатила ее ледяным взглядом. — Раньше ему нравилась ты, теперь она. Мой сын бросил тебя ради женщины, которой ты в подметки не годишься.
— Он меня не бросил!
— Ты хочешь, чтобы он сам тебе это сказал?
— Да!
— Хорошо.
…Они встретились в кафе. Так захотел Никита. И опять заказал мороженое. Саша машинально его глотала, и у нее внутри все леденело. И от мороженого и от Никитиных слов. Пока она не превратилась в ледяную статую. Ее сердце тоже стало куском льда, а под конец их объяснения разбилось вдребезги. Осколки льда застыли в ее глазах. Теперь все вокруг было какое-то кривое, да еще и с острыми гранями. Мир холодных, расчетливых, бездушных людей, в котором Саша была чужая.
— Я ведь тебе ничего не обещал, — Никита ковырнул ложечкой фисташковое мороженое. Зеленое и противное на вкус, как подумала Саша. И с отчаянием сказала:
— Но ты мой первый мужчина!
— Я разве принуждал тебя к этому? Ты сама предложила. А я взял.
— Ты что, меня больше не любишь?! — дрожа, спросила она.
— Какая любовь, малыш? О чем ты? Я тебе этого не говорил. Это был просто секс.
«Какие у него пустые глаза, — внезапно подумала Саша. — Красивые, но пустые. Он же ничего не чувствует. Кай из сказки «Снежная королева». Ледяные люди из ледяного мира. Он и его мать. И Вика Новинская. В самом деле, какая любовь? О чем это я?!»
— А Вику ты любишь? — горько спросила она.
— Конечно.
— Пришло настоящее чувство, да?
— Я живу той жизнью, которая мне нравится. Меня устраивает женщина, которая рядом, квартира, в которой мы с ней трахаемся, машина, на которой мы ездим. Наши отношения в целом. Если это не любовь, то чувство глубокого удовлетворения. Я добился, чего хотел.
— Но ведь ты ее вещь!
— Откуда этот пафос? — поморщился Никита. — Книжек начиталась? Мне никогда в тебе это не нравилось, твоя наивность и неумение жить. Иметь такую тетку и ни разу этим не воспользоваться. Даже денег у нее ни разу не попросила. А ведь она миллионерша. Не обеднеет, небось, если поможет единственной племяннице. Мы разные люди, Саша, и мне рядом с тобой не комфортно. А с Викой комфортно. Я думал, что ты изменишься. Впрочем, ты еще можешь что-то сделать.
— Что именно?
— Бывает, что люди внезапно умирают. Получили же мы с мамой наследство.
«А теперь я слышу Марию Михайловну…»
— Зачем тебе деньги моей тетки, если у тебя есть Вика?
— Обстоятельства могут измениться.
— Новинская позабавится с тобой и выкинет, как надоевшую игрушку?
— Бесполезно с тобой говорить, — он тяжело вздохнул. — Ты живешь в мире, которого не существует. Оставайся со своими идеалами. А я останусь с Викой…
Вечером Саша рыдала в теткиной квартире:
— Лика, я тебя умоляю… Помоги мне найти киллера… Я хочу ее убить…
