— Плохо… — она уткнулась в его плечо и всхлипнула. Урок первый: лицемерие. Саша постаралась натурально расплакаться. — Ты меня понимаешь… Ты ведь тоже маму похоронил…
— Это такая потеря… — Голос его звучал глухо. — Я понимаю, что любые слова бесполезны, но ты держись. — И Алик погладил ее по плечам.
— Я держусь. — Она подняла лицо и постаралась придать ему скорбное выражение. — А как вы? Как Лика?
— Все в порядке, — сказал он сдержанно. — Юбилей отпраздновали с размахом, жалко, что тебя не было.
В этом году тетка отмечала полтинник. Саша ей звонила, они немного поговорили. О возвращении племянницы в Москву речи не было.
— А что ты ей сказал? Куда едешь?
— По делам, — пожал он плечами. — Я вхожу в Совет Директоров. Ты будешь смеяться, но у меня контрольный пакет акций, а у Лики всего один процент.
— Она все переписала на тебя? — удивилась Саша.
— Это какие-то банковские игры, в которых я ничего не понимаю, — весело сказал Алик. — Хоть у меня и экономическое образование. — Знаю только, что Поспелова открыла ряд фирм, транспортные перевозки и турбизнес. Она ведь всегда работала с иностранными контрагентами. Прекрасно знает английский, испанский. Сдается мне, Лика решила вывести свои капиталы за границу, и Елена нам в этом помогает. Моя жена и раньше это делала, но теперь это похоже на бегство. Не удивлюсь, если она попросит у меня фиктивный развод. Времена меняются, Саша.
Она слушала жадно.
— Значит, Поспелова в фаворе, — протянула она задумчиво. — Она замужем?
— Да, замужем. Хороший парень, у нее работает. С год назад поженились.
— Мне ничего не сказала, — усмехнулась Саша. — Правильно, кто я?
— Ты так неожиданно уехала.
— Неожиданно?!
— Она ведь предлагала тебе работу.
— О, да! Знаешь, Алик, мне подачки не нужны. А вот помощь я от тебя приму. Не откажешь?
— Что ты! Мы ведь с тобой друзья!
— Мне надо встретиться с Ликой, но как бы это сказать? Чтобы ты ее подготовил. Я не хочу попасть под горячую руку, явиться не вовремя, когда у нее неотложные дела или просто дурное настроение. Она ведь меня не ждет.
Они наконец дошли до платной стоянки, на которой Алик оставил машину. Саша с удивлением увидела, что это изрядно потрепанная черная «бэха». Владелец контрольного пакета акций огромной строительной корпорации вполне мог бы позволить себе «Майбах».
— Садись, — улыбнулся Алик и открыл перед ней дверцу. Он, казалось, не замечал, в каком состоянии его машина, что на нем надето и насколько это соответствует его статусу.
— Она вообще обо мне вспоминала? — аккуратно начала наводить мосты Саша.
— Да, мы как-то говорили о тебе в связи со смертью Ликиной сестры, твоей мамы. Я хотел поехать на похороны… — он запнулся.
«Ангел ты наш, — мысленно усмехнулась Саша. — Только решимости у тебя нет, да и крылышки подмоченные. Нет, милый, никуда ты не полетишь. Очень жаль, что я изменилась, а ты нет».
— Она все оплатила, за что ей огромное спасибо, — Саша старалась, чтобы в ее голосе не было иронии.
— Она, кажется, ненавидит Грачи, — виновато сказал Алик. — О поездке туда не может быть и речи. «Еще бы! Такие воспоминания!» — рассказ тетки Марьи и Саше врезался в память, просто было пока непонятно, как использовать эту бесценную информацию? — Что до меня, то я не могу оставить ее надолго одну. Лика говорит, что никому, кроме меня, не доверяет. Нужна моя подпись в финансовых документах. Я должен ходить на совещания, ездить по банкам. Выполнять все ее поручения, а их у Лики немало, — уныло сказал Алик.
«Она использует его втемную, — сообразила Саша. — Что ж, удобно». Ей это тоже могло пригодиться. Она вздохнула и закрыла глаза. Да, битва будет трудной, и на этот раз проигрывать нельзя. Лучше умереть.
— Устала? — участливо спросил Алик. — Мы почти уже приехали.
Дом, у которого они остановились, был старым, пятиэтажным, но добротным. И в хорошем районе, вокруг деревья, уютные ухоженные дворики, тишина и покой, нехарактерные для новых спальных районов, которые Саша не выносила и где ей приходилось жить раньше, до своего отъезда в Грачи. Она с содроганием вспоминала круглосуточный грохот стройки за окном и ревущий автобус, будивший ее спозаранку даже в выходные. Здесь по крайней мере тихо. От квартиры Саша много не ожидала. Наверняка «бабушкин ремонт», старая мебель и капающие краны. Но и это сойдет. Не время привередничать.
Лифта в доме не было. Пока поднимались на четвертый этаж, Алик сказал:
— В квартире долгое время никто не жил, но когда я узнал, что ты приедешь, нанял клининговое агентство. Вот, — он достал ключи и открыл дверь. Саша отметила капли пота, выступившие у него на лбу. Да, Алик сдал. А ведь ему всего сорок! Разве это возраст?
Саша вошла и ахнула. Просторная двухкомнатная квартира с высокими потолками сияла чистотой и новенькой мебелью. Алик не только уборщиков нанял, но и купил все необходимое. Все вещи были новые и дорогие.
— Вот, — сказал он теперь уже с гордостью. И Саша на этот раз уже искренне со слезами кинулась ему на шею, повторяя:
— Спасибо, Алик, спасибо!
«Ты святой», — хотелось сказать ей. Это был царский подарок.
