Ей девятнадцать. Ей отнюдь не просто — и с ней отнюдь не просто даже нам.В пустыне бездуховности и прозы она живёт — бегущей по волнам,по гребням строк, по впадинам мелодий и по прозрачной штилевой слюде. Но до добра, признаться, не доводит чудесное хожденье по воде.Не хиппи. Не из эмо или готов. Нельзя в чужие рамки, ну никак.Зато читает Гессе, учит Гёте на русском и немецком языках.Она не верит в призрачность идиллий, она порой не помнит слова стоп.Но не дошла пока до carpe diem, до после нас, ребята, хоть потоп…Поэт без лиры, кормчий без кормила, святой в миру (трагический эксцесс!),она ещё не выросла из мира русалочек, царевен и принцесс…О, лишь бы не пришлось летать бескрыло и петь осанну медному грошу.Лишь только не дошло бы до «обрыва…», до безнадёжного «я к вам пишу…»,о бедная (тургеневская?) Лиза, и так бывает: прежний мир постыл,твоя любовь — сродни максимализму — тебя же подвела под монастырь.Эх, девочка, любовь не пронесётся, а клюнет ядом в гордые уста.Листаем дальше: чеховские «Сёстры»: трагедия, тоска и пустота.О лишь бы только отметать плохое, хоть невзаправду, редко и во сне,звучать, как девушка в церковном хоре.Вся в белом. В первозданной белизне.На русых волосах её покоясь, сияет луч, спадая на виски.Высок и чист её летящий голос, и помыслы чисты и высоки…Ей хочется выплёскивать наружу всё то, что душит накипью в груди.Ей хочется копировать подружек с замашками гламурных кинодив:интим, гулянки, брачная карьера! спецы тату, эксперты по шмотью!Похожие на лопес и орейро, но никогда — на девочку мою…Они — правдоподобные эрзацы. Ты не эрзац. Ты грозовой раскат.Как долго до «найти и не сдаваться»! Как тяжело «бороться и искать…»!Быть исключеньем, жить на грани риска, пилить себя — но всё же это плюс.И я тобой горжусь по-матерински, по-матерински за тебя боюсь.Бесхитростна. Ассоль в тоске по Грею. Скромна. А всё ж у быдла на виду.Ты стала продолженьем галереи (последняя в классическом ряду).Оно само собою разумелось, жестокая судьба, жестокий суд…Но се ля ви. Но это современность, где классика канает за абсурд.<p>Елена Яворская</p>«Дева…»Дева.Улыбаешься грозеи слезам подруги. Самой близкой.Ты почти такая же, как все —в перекрестье кротости и риска,в перекрестье счастья и беды,на прицеле у добра и гнева.Персеполь сожжешь, растопишь льды.Таис, Герда, Агния и Ева.Нежно любишь обветшалый парк,страстно любишь ценные подарки.Из таких выходят Жанны д’Арк.Ну а чаще — склочные Одарки.Черешня
